Коррупция в ссср

Хотел было начать статью со слов – «страну потрясают коррупционные скандалы». Однако понял, что это будет просто красивая фраза, абсолютно не выражающая сути дела. Никого они уже не потрясают, причем давно. Все воспринимают тотальную коррумпированность, как нечто привычное. И вряд ли в нынешних условиях можно надеяться на какие-то серьезные подвижки. Хотя, какая-то, наиболее здравомыслящая часть бюрократии, наверное, понимает (ну, должна хотя бы понимать), что всё это ведёт к обрушению держащих опор. Как очевидно, коррумпированность аппарата уже чревата хаосом, который может воспрепятствовать исполнению обычных управленческих функций. Причем, данный хаос грозит особыми разрушениями в случае наступления новой волны мирового Кризиса. Встраивание в глобальный рынок делает экономику страны зависимой от разнообразных внешних влияний. И крупномасштабная коррупция данное влияние только усиливает, переводя его в некий антигосударственный формат.

В один «прекрасный» момент всё просто может обрушиться, федеральная вертикаль «треснет», и центр управления переместится в регионы. А этому процессу могут поспособствовать те силы вовне страны, что заинтересованы в конфедерализации России, в установлении контроля над ее сырьевыми ресурсам, в дестабилизации обширных регионов. Но всё даже гораздо сложнее — реальное противодействие коррупции, пусть даже и не ставящее целью ее окончательное её искоренение, может обернуться серьезной внутриаппаратной борьбой. Если уголовному преследованию подвергнутся высокопоставленные чиновники самого высокого ранга, то это вызовет ожесточенное сопротивление части бюрократии, которая способна соорганизоваться в некий «коррупционный фронт». Не исключено и создание легальной политической силы, выступающей в качестве лоббиста коррупционеров. И такая сила может подпитываться теми региональными кланами, которые сделают ставку на радикальный или «умеренный» сепаратизм.

Но как бы то ни было, а настоящей антикоррупционной зачистки в бюрократических кругах боятся, всегда памятуя тот самый, «кровавый», «тридцать седьмой год». И в связи с этим было бы весьма интересным обратиться к предвоенному сталинскому опыту. «Коррупция при Сталине и борьба с ней» – это очень интересная и многогранная тема. Существует даже версия, согласно которой репрессии 1937-1938 годов были направлены именно против коррупционеров, а политика служила неким прикрытием.

Накануне войны Сталин создаёт новую мощную структуру – Народный комиссариат государственного контроля (НКГК). Возглавляет её Л. З. Мехлис, которого у нас успели демонизировать и очернить донельзя, вспоминая про его провалы во время Великой Отечественной войны. Что и говорить, полководцем Лев Захарович был не слишком сильным, а вот управленцем – вполне себе даже талантливым. Сталин использовал его хватку для того, чтобы основательно почистить тогдашнюю армейскую верхушку. Характерно, что НКГК создавался на базе двух структур — Комиссии советского контроля при Совете народных комиссаров (СНК) и Главного военного контроля при СНК. Уже одно это указывало на основное направление удара. Бить собирались по армейским чиновникам. Не случайно же в центральный аппарат НКГК назначили 130 военнослужащих.

Ретивый Мехлис, как и ожидал вождь, взялся за дело всерьёз. «В целом за первую половину 1941 года было осуществлено около 400 ревизий и проверок, прежде всего в тех отраслях народного хозяйства, от которых непосредственно зависела готовность страны к обороне, — сообщает историк Ю. В. Рубцов. — Нередко Мехлис, ощущая полную поддержку вождя, выдвигал и прямые обвинения против крупных хозяйственников и управленцев. Вот лишь некоторые факты. Благодаря проведенной в ноябре 1940 года проверке Наркомата морского флота Льву Захаровичу стало известно об имевшей там место «антигосударственной практике двойного финансового планирования». Нарком С. С. Дукельский испросил в правительстве дотацию в 63 млн рублей, скрыв при этом, что в наркомате составлен и второй, реальный финплан, по которому не только требовалась дотация, но и ожидалась прибыль» («Мехлис. Тень вождя»).

А теперь представим (вспомнив неудачи первых дней войны), что было бы со страной без этих масштабных предвоенных чисток.

Это армия, но, может быть, от коррупции были свободны доблестные органы госбезопасности, являющие собой «карающий меч революции» и «вооруженный отряд партии»? Нет, и здесь тоже хватало высокопоставленных коррупционеров. Взять, к примеру, хотя бы наркома внутренних дел Украинской ССР А. В. Балицкого, который подвергся пресловутым «кровавым репрессиям». Ему вменяли в вину не только «контрреволюцию», но и содержание роскошного особняка в центре Киева, которое обходилось в 35 тысяч рублей в год. Кроме того, в распоряжении наркома находился пароход «Днепр», на котором проводились увеселительные прогулки, изымавшие из госбюджета 250 тысяч рублей. Ну, и конечно, воровали в наркомате по страшному. «Так, еще в 1934 г. был снят с должности начальника финансового отдела НКВД УССР и отправлен на север начальником одного из лагерей некий Яншевский, которому вменялось в вину «нецелевое использование из оперативного фонда 1 млн. рублей» — сообщает исследователь А. В. Коллонтаев. — В феврале 1938 г. в Москве перед судом предстал бывший заместитель наркома внутренних дел УССР З. Б. Кацнельсон по обвинению в «систематическом разбазаривании средств, выделяемых на оперативные нужды». Только за 1936 г. сумма растрат составила 200 тысяч рублей». («1937-й: чистка от «ленинцев» или от коррупции»)

Таких фактов можно приводить множество. И они свидетельствуют о том, что коррупционеров в те времена чистили на всех уровнях, не останавливаясь перед министерским рангом. Неприкасаемых тогда, вообще, не было, вычищали даже и членов Политбюро, правда тут уже на первом месте стояла политика. Но всё равно, высшая бюрократия ни на минуту не чувствовала себя в покое – в отличие, от 1950-1980-х годов, когда она банально выродилась и сдала страну с потрохами, естественно, не забыв получить за это солиднейшие дивиденды. Ну уж, о нынешних временах даже и говорить не стоит.

Могут возразить, что ничего хорошего в самих репрессиях нет, что государственный аппарат должен функционировать в спокойном режиме, без постоянных встрясок. В принципе, с этим можно согласиться, но тут надо иметь в виду, что бюрократия сама задала этот жуткий темп. Сегодня известно, что Сталин планировал «чистку» через альтернативные выборы, в ходе которых кандидаты от партии власти вынуждены были бы конкурировать с кандидатами от общественных организаций и трудовых коллективов (Подробнее об этом в исследовании Ю. Н. Жукова «Иной Сталин»).

Уже даже и образцы бюллетеней были заготовлены, они хранятся в архивах, а их фотокопии давно опубликованы. Однако, партократия требовала репрессий, явно не желая включаться в полноценный избирательный процесс. Ну что ж, они получили того, чего хотели сами.

Руководящих работников постоянно приходилось чистить, и данные чистки носили систематический характер, а не сводились к преследованию отдельных людей, которым «не повезло». И здесь любопытным было бы обратиться к ситуации, сложившейся на селе в послевоенный период. Считается, что сталинское село было бесправным, а крестьяне во всем зависели от местного начальства разных уровней. Между тем, власть тогда сильно почистила ряды от зарвавшихся начальников, успевших изрядно погрязнуть в разных злоупотреблениях. (Подробнее в исследовании К. З. Романенко «Последние годы Сталина. Эпоха возрождения».)

Перечень этих злоупотреблений приведен в постановлении Совмина и ЦК «О мерах по ликвидации нарушений Устава сельскохозяйственной артели в колхозах» (от 19 сентября 1946 года). Они выражались в «неправильном расходовании трудодней, расхищении общественных земель колхозов, в растаскивании колхозной собственности… нарушении демократических основ управления делами сельскохозяйственной артели…» «Как сообщалось, на ненужных и надуманных должностях в колхозах нередко укрываются рвачи и дармоеды, уклоняющиеся от производственной работы…». За словами следовали и дела — только в 1946 году за должностные преступления к уголовной ответственности привлекли 9 551 руководящих работника.

Но тут нужно разобраться с причиной и следствием. Считается, что Сталин побеждал коррупцию благодаря жёстким мерам. Однако, сами эти меры были возможны только благодаря социализму, пусть даже и «бюрократическому», «половинчатому». В стране не было питательной среды для коррупции, а именно – рыночной стихии. Именно она, с её культом купли-продажи, предполагает продажность чиновников всех уровней и рангов. Это же, кстати, касается и национального суверенитета, который при капитализме — такой же товар. Поэтому и подрываются национальные экономики, поэтому и вывозятся западные производства в страны третьего мира с их минимальными налогами и дешевой рабочей силой. И эта дешевая рабочая сила ввозится в развитые страны, размывая их национальную идентичность.

А так, при капитализме чиновники пользуются своим положением – на полную катушку. Взять, хотя бы, пример бывшего вице-президента США Д. Чейни. Наряду с политикой, он успешно занимался и бизнесом, будучи президентом кампании Halliburton Company, производящей оборудование для добычи нефти и газа. Одно из ответвлений HC — Brown & Roon – занималась строительством армейских казарм и чисткой сортиров. Так вот, как только Чейни занял свой видный пост, его кампания моментально подписала выгоднейший договор с Пентагоном на сумму в несколько миллиардов долларов – на разнообразные поставки в американские военные части, действующие в районе Персидского залива.

Или вот еще один, более свежий, хотя и менее масштабный, пример – недавно министр обороны США Л. Панетта понизил в звании главу Африканского командования вооруженных сил США (АФРИКОМ) У. Уорда. Наказали его за то, что он тратил огромные средства на роскошные путешествия и другие мероприятия, никак не предусмотренные бюджетом. Показательно, что никакому уголовному преследованию Уорд не подвергся – его понизили в звании и урезали пенсию с 236 тысяч долларов до 209 тысяч долларов в год. Наказание, что и говорить, ужасное.

Многое тут можно сказать и о передовой Европе, чьи коррупционные расходы, по официальным данным СЕ, составляют 120 миллиардов евро в год. И это только верхушка айсберга — то, что удалось измерить. А согласно исследованию «Евробарометра», 74 % европейцев констатируют роль коррупции. Да что уж там говорить, если коррупционные скандалы сопровождали таких известнейших европейских политиков, как Ф. Миттеран, Ж. Ширак, Н. Саркози, Г. Коль. Там было много чего занятного. Так, один из подельников Ширака премьер-министр Ален Жюппе получил за свои коррупционные художества отложенное тюремное заключение, что совсем не помешало ему стать министром иностранных дел в период правления Саркози.

Ну, и для полноты картины коснёмся еще одной передовой капиталистической страны – Японии. Здесь аудит осуществил проверку того, как выделялись средства, потраченные на ликвидацию последствий цунами и аварии на Фукусимской АЭС. Так вот выяснилось, что более четверти из 11, 7 триллиона иен (а это 148 миллиардов долларов) оказались потраченными на проекты, которые не имели никакого отношения к восстановлению разрушенного.

А как нас убеждали и пытаются убедить, что в условиях западной демократии коррупции практически нет! Но и там распил идёт такой, что мама не горюй. И дело здесь не в «демократии» или «диктатуре», дело в капитализме. Вообще же, всё это «ля-ля» по поводу коррупции, и «всенародной» с ней борьбы, скрывает главную необходимость — борьбы за национализацию собственности. В СССР (даже и в самые «застойные» времена), как известно, воровали меньше. И это потому, что и супербогатых было сравнительно немного, да и масштабы богатств (легальных и нелегальных) были намного меньше. Ведь, собственно говоря, и взять можно больше именно с супербогатых. Ну, а чтобы себя обезопасить, так надо и другим дать покормиться, ведь не ровен час и впрямь поднимутся «на борьбу». Вот так, собственно говоря, и складывается пресловутая «вертикаль коррупции».

Конечно, всё это вовсе не означает, что необходимо вернуться к «бюрократической» модели социализма. Кстати, сам Сталин приложил много усилий для реформирования раннего социализма в СССР, который просто вынужден был использовать рычаги государственного регулирования не на сто даже, а на все двести процентов. Любопытно, что проект новой партийной программы, разрабатывавшийся после войны под руководством А.

А. Жданова, предполагал обязательную выборность чиновников любого ранга, проведение всенародного голосования, предоставление права запроса общественным организациям и отдельным гражданам. (Подробнее об этом в исследовании Данилова А.

А., Пыжиковой А. В «Рождение сверхдержавы. СССР в первые послевоенные годы».) Но обстановка, прямо скажем, этому не благоприятствовала – начиналась холодная война. Нужно было думать о сохранении того, что уже было. Впрочем, как принято говорить, это уже тема для отдельного разговора.

Николай Анисимович Щёлоков надел парадный мундир генерала армии и выстрелил картечью в висок.  В статье пойдёт речь о противоборстве двух силовых ведомств: МВД по главе со Щёлоковым и КГБ во главе с Андроповым, а также о том как довели до самоубийства министра МВД СССР Николая Щёлокова.

В позднесоветское время, как и теперь, существовали и коррупция, и казнокрадство, а боролись с ними только тогда, когда на то были политические причины. Партия получила при Брежневе две приятных и невиданных ранее привилегии: право на воровство и право на безделье. При Сталине и Хрущеве ничего подобного не было, но Сталин возмещал напряжение громадными победами (подлинными или считавшимися таковыми) и наделял Партию щедрыми победными трофеями. Хрущев же никаких побед не одержал – отсюда и отношение к нему этой решающей Силы. Режим Андропова в целях простейшего чувства самосохранения должен будет хоть как-то утишить вакханалию воровства и прибавить хоть чисто внешнего делового напряжении.

 10 ноября 1982 года умирает Леонид Брежнев. Новым Генеральным секретарём становится Юрий Андропов. Знавшие Андропова свидетельствуют, что интеллектуально он выделялся на общем сером фоне Политбюро застойных лет, был человеком творческим, не лишённым самоиронии. В кругу доверенных людей мог позволить себе сравнительно либеральные рассуждения.

В отличие от Брежнева он был равнодушен к лести и роскоши, не терпел взяточничества и казнокрадства. Ясно, однако, что в принципиальных вопросах «интеллектуал из КГБ» придерживался жёсткой консервативной позиции. Этот факт поначалу не предвещал партийному аппарату потрясений. Щёлоков внешне спокоен. Он ещё надеется наладить с ним нормальное сотрудничество. И только Светлана Владимировна Щёлокова сразу всё поняла. Она сказала помощникам министра: «Теперь нам несдобровать. И вам тоже».

Однако до начала следующего года перестановок в руководстве страны не ждут. Заметим, что это всё жульё со временем заразило весь государственный организм и КПСС, что стало поводом многочисленных скандалов и расследований, только ввиду тотальной коррупции ведут расследования блогеры типа Навального (см. по ссылке этой http://forum-orion.com/viewtopic.php?f=459&t=6374 очень уж любопытную запись!), а не прокуроры и тем более главы ФСБ и Генпрокуротуры.

Впрочем, мы отвлеклись. На дворе средина восьмидесятых, в Кремле неподкупный и аскетичный Андропов, и вот 20 декабря Щёлокова отправляют в отставку (переводят в группу генеральных инспекторов Министерства обороны). В МВД после отставки Щёлокова его сменщик Федорчук начинает проверку финансово-хозяйственной деятельности. Николай Анисимович ходит в министерство давать разъяснения.

Для многих это событие стало полной неожиданностью. Николай Анисимович казался непотопляемым министром. Он был гораздо энергичнее и бодрее своих сверстников из Политбюро, рассчитывал на дальнейшее развитие карьеры. Каких-либо слухов, серьёзно порочивших его или его близких, тогда не ходило. Неужели? Нет, не было таких слухов до определённого момента. Считалось, что образ жизни Щёлоковых вполне соответствует их статусу. Кремлёвские продуктовые пайки, обслуживание в 200-й секции ГУМа, частые поездки за границу, высокие зарплаты (50-й министр получал 1500 рублей в месяц с доплатой за воинское звание, его супруга, доцент 3-го меда и практикующий врач, – около 400 рублей)… Можно жить, ни в чём себе не отказывая.

16 лет возглавлявший органы внутренних дел, Николай Щёлоков любил дорогие подарки, проявлял страсть к антиквариату, щедро одаривал за счет казны своих родственников и друзей. Но политиком, стремившимся к власти, он никогда не был. И Андропов расправился с ним не как с опасным соперником, а в рамках кампании по борьбе с коррупцией. Проведённая комплексная проверка деятельности МВД СССР по указанию нового министра внутренних дел Федорчука В.В. вскрыла многочисленные злоупотребления бывшего министра. В частности, за этот период членам семьи Щёлокова было безвозмездно передано материальных ценностей на сумму свыше 80 тысяч рублей, в том числе затраты на ремонт квартир – около 30 тысяч рублей. В числе полученного имущества были дорогостоящая мебель, радиоаппаратура, видеомагнитофонные кассеты, электро- и сантехническое оборудование, строительные материалы. Только после освобождения Щёлокова от должности им и членами семьи за эти ценности внесено в кассу министерства 65 тысяч рублей.

Под видом спецобъектов незаконно было израсходовано свыше 60 тысяч рублей на содержание девяти квартир, в которых в основном проживали родственники и знакомые Щёлокова (дочь личного портного Щёлокова, впоследствии эта семья выехала в Израиль; племянник жены министра; бывший муж дочери Щёлокова и другие). В 1972 году по указанию Н.А. Щёлокова, для обслуживания оперативного состава, был открыт магазин, которым пользовались только члены семьи и родственники министра. По договоренности с внешнеторговыми организациями, сюда поступали импортные товары повышенного спроса: магнитофоны, телевизоры, радиоаппаратура, меховые изделия, обувь, одежда и другое. Названными лицами ежегодно здесь скупались дефицитные товары на сумму 50-70 тысяч рублей. По некоторым данным, эти товары родственниками Щёлокова потом перепродавались по более дорогой цене.

 В 1975-77 годах была достигнута договоренность о безвозмездной передаче фирмой «Даймлер-Бенц» трех автомобилей «Мерседес-Бенц» для МВД СССР с целью, как было указано в документах, «обеспечения безопасности движения в связи с проведением Олимпийских игр 1980 года в Москве». Однако затем одна из них была зарегистрирована в ГАИ Киевского района Москвы как принадлежащая лично Н.А. Щёлокову. Деньги за указанную автомашину в сумме 15,2 тысячи рублей Щёлоковым были уплачены только в феврале 1982 года. Затем в 1977, 1978, 1980 году такие же автомобили были зарегистрированы на жену и детей Щёлокова.

В посёлке Болшево Московской области и деревне Редкино Калининской ныне Тверской области находились две дачи, оформленные на близких родственников Щёлокова, и, кроме того, в посёлке Николина Гора строилась ещё одна дача. Дачи представляют собой, как бесстрастно свидетельствует документ, многокомнатные капитальные строения с гаражами, банями и другими надворными постройками.

 В мае 1979 года по указанию Н.А. Щёлокова в его распоряжение были переданы антикварные ценности на сумму 248,8 тысяч рублей, являющиеся вещественными доказательствами по уголовному делу одного из валютчиков, а также картина М.

Сарьяна «Полевые цветы», купленная за 10 тысяч рублей на средства МВД Армянской ССР. По документам все это было оформлено как имущество, переданное в Музей МВД СССР. После отстранения Щёлокова от должности многие из этих предметов как имеющие высокую художественную ценность были переданы в музей Кремля, Останкинский дворец-музей и другие музеи.

Возбуждается уголовное дело о злоупотреблениях в ХОЗУ МВД. Вести его поручают Главной военной прокуратуре, группе следователей под руководством Вячеслава Миртова. В июне на Пленуме ЦК КПСС Щёлокова выводят из состава ЦК. В августе заключают под стражу бывшего начальника ХОЗУ генерала Калинина, позднее – нескольких его подчинённых.

 …19 февраля 1983 года на даче застрелилась Светлана Владимировна. Она тяжело переживала перемену в их положении, образовавшийся вакуум, унижения, которым подвергалась семья. С того момента и стало широко известно, что экс-министра подозревают в злоупотреблениях. Быстро распространился нелепый слух, что жена Щёлокова якобы стреляла в Андропова в лифте, ранила, после чего сама застрелилась. Он оказался ко времени. Рисовался образ озлобленной семьи, которая хочет отомстить за то, что её лишают привилегий. Вместе с тем объяснялось, почему новый генеральный постоянно в больнице.

Масштабы использования Н.А. Щёлоковым своего служебного положения в личных целях поражают воображение. Документы уголовного дела красноречиво свидетельствуют, что только в 1980-82 годах по указанию Н.А. Щёлокова живые цветы на сумму 36,3 тысяч рублей развозились на квартиры близких и очень близких людей. Цветы списывались как якобы возложенные на могилу Неизвестного солдата и к Мавзолею В.И. Ленина. Вопиющим фактом было то, что своего тестя в возрасте 64 лет Н.А. Щёлоков зачислил на службу в органы МВД! Присвоил ему специальное звание майора, затем уволил на пенсию с суммой 120 руб., а когда тесть скончался, то был похоронен за счёт средств МВД СССР, впоследствии фиктивно списанных.

 В 1980-82 годах в киноотделе МВД СССР по указанию генерала армии Щёлокова Н.А. был создан двухсерийный документальный фильм «Страницы жизни» об этапах его жизненного пути. Затраты на создание этого фильма составили свыше 50 тысяч рублей. Фильм нигде не показывался и лежит в запасниках в Красногорском архиве кино- и фотодокументов.

Всего, по документальным материалам предварительного следствия, Н.А. Щёлоковым государству причинен ущерб на сумму свыше полумиллиона рублей.

В июне 1983 года, накануне партийного Пленума, товарищам Щёлокова по партии «доподлинно известно»: бывший министр, злоупотребляя покровительством Брежнева, присваивал мебель и произведения искусства, конфискованные у преступников, обращал в собственность служебные машины, организовал подпольный магазин для своих родственников. Он менял «ветхие деньги» в больших количествах, что косвенно подтверждало: его окружение занималось махинациями. Обсуждений на Пленуме не было. Щёлокова вывели из Центрального комитета.

Стоит отметить, что Николая Анисимовича при жизни Андропова на допросы в прокуратуру не вызывали. Впервые это произошло в мае 1984-го. Константин Черненко новых дел не начинал, но и старых не прекращал – вообще мало во что вмешивался. Щёлокова несколько раз допрашивали как свидетеля. Процесс запущен Андроповым, других сигналов от первых лиц ни в следственную группу, ни в партийные органы не поступает. Поэтому экс-министра продолжают додавливать, его оправданий никто не слушает, он даже не знает, кому их адресовать. Каток уже не остановить. В ноябре – декабре Щёлокова лишают воинского звания генерала армии, исключают из партии. В нарушение тогдашнего законодательства лишают всех правительственных наград, кроме боевых. В квартирах Николая Анисимовича и его родственников проводят обыски. Сигналы более чем понятные. На очереди – возбуждение уголовного дела в отношении экс-министра и заключение под стражу. С этим фронтовик Щёлоков смириться не мог. 13 декабря 1984 года Николай Анисимович, надев парадный мундир генерала армии с наградами, застрелился у себя на квартире из охотничьего ружья. В предсмертной записке, адресованной Черненко, он отрицал свою вину и просил защитить своё имя от клеветы.

Весьма подозрительно, что после начала борьбы с коррупцией уже из Кремля в должности генсека Юрий Андропов прожил немногим более полутора лет…и умер отнюдь не старым человеком. Да, у него были болезни, но их он с ними Андропов успешно жил полтора десятка лет. И прожил бы ещё, скорее всего, если бы не начал бороться с мафией и жульём в среде КПСС: снятие ряда региональных руководителей, чиновников от торговле, расстреляли директора столичного магазина за хищения и пр.

Зато нисколько не удивляет что ставленника от жулья в КПСС Горбачёва (а затем и Путина) пытаются всячески приписать как приемника Андропова: когда своего авторитета не хватает, то примазываются к чужому… Также хотелось бы для читателей Библиотеки молодежного форума http://forum-orion.com отметить такую особенность: сам Андропов жил аскетично, как и его семья. После смерти генсека у него было не мало недоброжелателей, но никаких иномарок, ковров и прочих предметов роскоши не нашли, хотя если бы нашли то обязательно использовали как в момент борьбы за Власть при жизни Андропова, так и после его смерти. У Щёлокова нашли, а дыма без огня не бывает. Распространённое представление о Щёлокове: типичный советский «крепкий хозяйственник», из тех, кто неплохо начинал, кое-что сделал для своего ведомства, а ближе к концу жизни занялся устройством личных дел.

 

http://newsland.com/news/detail/id/842639/

 

Коррупции как системы, пронизавшей всю страну по вертикали и горизонтали, в СССР, действительно, не было. Объясняется это просто. Коррупция есть использование положения во власти в личных, корыстных целях. В СССР власть была самоценна и самодостаточна.

Ее просто не на что было обменять. Она обеспечивала приличную зарплату, социальный статус, многочисленные привилегии и ощущение принадлежности к избранным. Да и советская идеология не поощряла лихоимство и мздоимство. Было время, когда давать и брать взятки считалось делом постыдным – в том числе теми, кто брал и давал. Умеренность взяточничества объяснялась также тем, что брать, по большому счету, было не с кого и нечего. Исключение составляли «цеховики» (подпольные предприниматели), торговля, общественное питание и распределение фондов.

С распадом СССР хозяевами жизни стали вчерашние маргиналы с набитыми деньга-ми портфелями. Для чиновников власть в момент обесценилась, из самоценности превратилась в товар. Нувориши считали, что всё могут купить, а властьимущие готовы были всё продать. Первыми на благодатную стезю коррупции встали люди из новых ведомств (налоговые, регистрационные, таможенные органы, арбитражные суды и др.), характер работы которых принципиально изменился с переходом на рыночные отношения «по-русски». Уязвленное чиновничье самолюбие и зависть радикально изменили и отношение к взяткам. Нравственным оправданием стало: «Мы принимаем судьбоносные для нуворишей решения, почему мы должны жить хуже, чем они, пусть делятся».

Тотальному распространению коррупции способствовало расширение круга тех, с кого было что и за что взять. Власть легализовала частную собственность и предпринимательство, но обставила их такими бюрократическими рогатками, что новоявленные предприниматели изначально попадали в полную зависимость от чиновников. Проблема коррупции мало волновала реформаторов в 1990-е годы. Они считали ее неизбежной платой за рыночные преобразования и даже представить себе не могли степень влияния на перспективы развития страны. В результате вместо заявленной цели создания класса собственников сформировался класс новой бюрократии – голодной, злой, жаждущей реванша.

Советское государство, дабы перестроить все сферы жизни на свой манер, наплодило большое количество чиновников, призванных перестройку эту контролировать. Наделенные чрезвычайными полномочиями, товарищи госслужащие довольно часто их превышали, извлекая из этого немалую выгоду. Хотя большевики и не любили наказывать своих однопартийцев, в мае 1918 года Совету народных комиссаров все же пришлось издать декрет о взяточничестве, предусматривающий тюремное заключение за взятки сроком пять лет, а также конфискацию имущества. А уже в 1922 году по Уголовному кодексу за это преступление предусматривался расстрел.

Мера пресечения ужесточалась постоянно, но отнюдь не она ограничивала масштабы злоупотреблений чиновников. Просто во времена «военного коммунизма» денежное обращение практически отсутствовало, а в органах управления царил такой хаос, что часто было непонятно, кому дать на лапу.

Коррупция вновь начала процветать при НЭПе, когда вновь возникла предпринимательская деятельность. Тогда же взяточничество стали считать формой контрреволюционной деятельности, а контрреволюционеров, как известно, ставили к стенке.

Взятками стали считать любые подарки должностному лицу, работу по совместительству в двух и более учреждениях, находящихся между собой в товарообменных партнерских взаимоотношениях и т.п.

С началом коллективизации в 1929 году взяточничество распространилось и в деревне. В связи с этим пленум Верховного суда определил: «Все случаи получения должностными лицами магарыча, то есть всякого рода угощения в каком бы то ни было виде, подлежат квалификации как получение взятки».

Так как коррупция считалась буржуазным пережитком, в СССР было принято говорить, что по мере строительства социализма это явление «в нашем молодом государстве» постепенно исчезает. «Взяточничество,- написано в вышедшей в 1957 году брошюре в помощь юристам,- в современных советских условиях стало относительно редким явлением».


Дата добавления: 2015-03-08; просмотров: 633; Опубликованный материал нарушает авторские права?

| Защита персональных данных |


Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Читайте также:


Загадки истории

Коррупция при Сталине

Коррупция стара как мир. Она существовала во все времена и при всех режимах. СССР не являлся исключением. Но здесь нужно понимать, что всё упирается в качество и количество. Да, в Советском Союзе брали взятки.

Но если говорить о периоде 30-50-х годов, то следует заметить, что коррупция при Сталине носила скорее эпизодический, чем массовый характер. Она была, практически, нейтрализована и никак не влияла на жизнь людей.

Кто-то может подумать, что Сталин одолел взяточников, просто перестреляв их. Это в корне неверно. Не нужно забывать, что в мае 1947 года смертная казнь в социалистическом государстве была отменена, а с коррупционными элементами боролась система. Она давила нечистых на руку чиновников, невзирая на их заслуги, чины и связи.

За взятки привлекали к ответственности не только непосредственных соучастников. По всей строгости закона отвечали и родственники коррупционеров, но только в том случае, если они знали о преступной деятельности, но не сообщили об этом. Сурово спрашивали и с тех, кто догадывался о взятках, но не информировал компетентные органы. В результате такого бескомпромиссного подхода правоохранители вскрыли целую серию противоправных действий в министерствах, главках, управлениях и на предприятиях.

Хлебное дело

Одним из самых крупнейших в послевоенные годы стало "Хлебное дело". Заключалось оно в том, что банда коррупционеров обосновалась в "Росглавхлебе". Неприглядными делами руководил начальник отдела снабжения некий М. Исаев. Грязные деньги он добывал, выделяя отдельным трестам дефицитные в те годы муку, сахар, сгущённое молоко сверх установленных фондов. За это начальники трестов рассчитывались с московским благодетелем по отработанной коррупционной схеме.

К примеру, на кондитерскую фабрику отписывали тонну сахара. Но по факту проходило 950 кг, а оставшиеся 50 кг Исаев отставлял себе. В принципе, разницу в 1 мешок заметить было невозможно. На производстве в чаны сахар высыпали вёдрами, а больше его добавили или меньше, покупатель, купивший конфеты, всё равно понять не мог.

Все эти излишки банда Исаева сбывала по своим торговым каналам, а деньги за продажу присваивала. То есть существовала преступная схема, в которой было задействовано множество нечистоплотных людей.

Воровство, перемешанное с коррупцией, продолжалось с апреля 1945 года по декабрь 1946 года, то есть в самое тяжёлое и голодное для страны время. За этот период бандиты украли 1690 кг сахара, 8700 кг муки, 450 кг сливочного масла, 710 кг сахарина, 2703 кг повидла и джема. Общая сумма ущерба составила 1 млн. 145 тыс. 382 рубля 19 копеек. По тем временам сумма астрономическая.

За совершённые преступления Исаев и его главные подельники получили по 25 лет тюрьмы. Другие члены преступной группировки отделались более лёгкими сроками заключения. Однако следует учитывать, что имущество как самих коррупционеров, так и их доверенных родственников было конфисковано.

Дело ткачей

В послевоенные годы любой материал считался дефицитом. Не хватало простыней, наволочек, платьев, рубашек, чулок и носков. Проблемы были и со спецодеждой. На её пошив выделялась бельевая ткань из скудных стратегических запасов.

Этими фондами распоряжался начальник межобластной конторы Н. Тавшунский. Данная личность очень быстро сообразила, что на дефиците можно сделать огромные деньги. Поэтому с ведома московского начальника были созданы портные артели. В них стали шить продукцию маленьких размеров и в укороченном виде.

Конечно, люди за годы войны отощали, усохли, поэтому для них будет в самый раз. Так видимо думали Тавшунский и его подельники. Последние, кстати, давали начальнику межобластной конторы большие взятки, а он за это закрывал глаза на маленькие размеры и на излишки бельевой ткани. Из них получалась левая продукция. Это были платья, рубашки, наволочки, простыни. В магазинах их раскупали мгновенно.

В общей сложности, Тавшунский со своей бандой нанёс государству ущерб на 215 тыс. рублей. В итоге, все жулики и взяточники сели на долгие годы, проклиная существующий режим и товарища Сталина.

Дело музыкантов

Трудно жилось людям после войны, но каждый человек хотел немного радости и веселья, а поэтому большой популярностью пользовались песни. Поэтому в конце 40-х годов начался настоящий бум на пластинки. Такой ситуацией незамедлительно воспользовался заведующий производством Апрелевского завода по производству грампластинок Ф. Дорошенко. В преступную деятельность он втянул начальника сбыта И. Миронова и заведующего заводским складом М. Оськина.

Благодаря этой преступной банде воров и взяточников, часть пластинок начали прессовать из неучтённого порошка. Преступники превратили государственное социалистическое производство в источник личной наживы. Они изготавливали неучтённую продукцию и реализовывали её по отлаженным криминальным каналам.

Пластинки продавались в РСФСР, Прибалтике, Белоруссии, Украине. Преступный спрут охватил огромный регион. Следственные группы МВД, расследуя это дело, работали в разных республиках и городах. Всего за 2 месяца сыщики выявили все связи и нанесли по ним беспощадный удар. Члены преступной банды оказались на скамье подсудимых и получили длительные срока заключения.

Сталин

Мы рассуждаем про коррупцию при Сталине, но в то же время мало задумываемся о самой личности вождя. Как этот человек относился к роскоши, богатству, деньгам?

Вот что написал в своём отчёте полковник Н. Захаров, который описывал принадлежащее Сталину имущество после его кончины: «Когда я открыл гардероб тов. Сталина, то подумал, что богаче, чем он. На вешалках висели два френча, одна шинель, стояли пара ботинок и две пары валенок. Одни валенки новые и подшитые, другие новые и ни разу не надетые. Больше никаких вещей я не увидел».

А вот как описывал быт Иосифа Виссарионовича в начале 30-х годов Анри Барбюс: «Один из главных вождей партии большевиков живёт в маленькой 3-комнатой квартире в Кремле. В крошечной передней висит обычная солдатская шинель, а над ней сильно ношеная фуражка. Три маленькие комнаты обставлены, как в дешёвой гостинице. Одна из них отведена под столовую. Ночью в ней спит старший сын Яков. Такими жилищными условиями в Европе не удовлетворился бы ни один средний служащий».

Совсем не удивительно, что при таком наплевательском отношении к материальным благам вождь СССР вёл беспощадную борьбу с теми, кто хотел купаться в роскоши и богатстве. А усугубляло ситуацию то, что это богатство было нажито преступным путём на украденные у государства деньги. А ведь страна только-только пережила Великую Отечественную войну, и в ней царили голод, разруха и нищета.

Алексей Стариков

Записи созданы 1485

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх