Тайна связи

1. На территории Российской Федерации гарантируется тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи.

Ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, допускается только в случаях, предусмотренных федеральными законами.

2. Операторы связи обязаны обеспечить соблюдение тайны связи.

3. Осмотр почтовых отправлений лицами, не являющимися уполномоченными работниками оператора связи, вскрытие почтовых отправлений, осмотр вложений, ознакомление с информацией и документальной корреспонденцией, передаваемыми по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, осуществляются только на основании решения суда, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

4. Сведения о передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи сообщениях, о почтовых отправлениях и почтовых переводах денежных средств, а также сами эти сообщения, почтовые отправления и переводимые денежные средства могут выдаваться только отправителям и получателям или их уполномоченным представителям, если иное не предусмотрено федеральными законами.

Комментарий к ст. 63 Закона о Связи

1. В п. 1 комментируемой статьи определена гарантия тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений. Данная гарантия основана на ст. 23 Конституции РФ, согласно которой каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.

Под телефонными переговорами следует понимать общение между двумя абонентами на телефонной линии, которое обеспечивается при помощи технических телефонных средств. Под телеграфными сообщениями следует понимать сообщения (текстовую информацию), передаваемую при помощи средств телеграфной корреспонденции.

При этом в п. 1 комментируемой статьи предусмотрена возможность ограничения такой гарантии, но только в случаях, установленных федеральными законами. Так, например, согласно п. 4 ч. 3 ст. 11 Федерального закона от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ «О противодействии терроризму» на территории (объектах), в пределах которой (на которых) введен правовой режим контртеррористической операции, в порядке, предусмотренном законодательством РФ, на период проведения контртеррористической операции допускается ведение контроля телефонных переговоров и иной информации, передаваемой по каналам телекоммуникационных систем, а также осуществление поиска на каналах электрической связи и в почтовых отправлениях в целях выявления информации об обстоятельствах совершения террористического акта, о лицах, его подготовивших и совершивших, и в целях предупреждения совершения других террористических актов.

2. В п. 2 комментируемой статьи содержится императивная норма, обязывающая операторов связи обеспечить соблюдение тайны связи. Механизм такого обеспечения в п. 2 комментируемой статьи не определен. Между тем думается, что федеральный законодатель имел в виду, что операторы связи не имеют права разглашать информацию, которая им стала известна в результате обеспечения ими передачи переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений. В то же время на практике имеются случаи нарушения такой обязанности. В 2011 году во всех средствах массовой информации были опубликованы и обнародованы сведения о том, что тысячи SMS-сообщений, отправленных с сайта сотового оператора «Мегафон», попали в открытый доступ через поисковую систему «Яндекс» из-за технического сбоя программы. Проблему обнаружили и устранили технические специалисты. Однако, как писали «Новые Известия», многие интернет-пользователи успели прочесть и растиражировать тексты самых ярких SMS-посланий.

3. Пункт 3 комментируемой статьи закрепляет порядок осмотра почтовых отправлений в случае, если такой осмотр осуществляется лицами, не являющимися уполномоченными работниками оператора связи. Вообще под уполномоченными лицами стоит понимать лиц, которые наделены на основании специального решения оператора связи специальными полномочиями, в данном случае по осмотру почтовых отправлений.

Согласно п. 3 комментируемой статьи такой осмотр возможен на основании решения суда. Но здесь возникает вопрос о том, что понимать под решением суда? Вообще под решением суда понимается постановление суда первой инстанции, которым дело разрешается по существу. Но думается, что в п. 3 комментируемой статьи речь идет не о судебном решении, которое выносится в рамках искового или особого производства, а судебном решении, которое выносится в рамках ст. 165 УПК РФ при осуществлении следственных действий, которая предусматривает, что следователь с согласия руководителя следственного органа, а дознаватель с согласия прокурора возбуждают перед судом ходатайство о производстве следственного действия, о чем выносится постановление. Опять же в п. 3 комментируемой статьи содержится оговорка о том, что такой порядок действует и за исключением случаев, установленных федеральными законами. Так, например, ст. 6 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» допускается проведение такого оперативно-розыскного мероприятия, как контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений. В частности, указанный Закон предусматривает, что оперативно-розыскные мероприятия, связанные с контролем почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, прослушиванием телефонных переговоров с подключением к станционной аппаратуре предприятий, учреждений и организаций независимо от форм собственности, физических и юридических лиц, предоставляющих услуги и средства связи, со снятием информации с технических каналов связи, проводятся с использованием оперативно-технических сил и средств органов федеральной службы безопасности, органов внутренних дел и органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ в порядке, определяемом межведомственными нормативными актами или соглашениями между органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность. Таким образом, в данном случае вышеуказанным лицам может быть разрешено проводить осмотр почтовых отправлений без разрешения суда.

Отметим, что под вложением следует понимать текстовую, фотографическую, видеосъемную или иную информацию, которая является приложением к почтовому отправлению. В свою очередь, под ознакомлением с информацией и документальной корреспонденцией необходимо понимать деятельность, направленную на получение сведений, содержащихся во всех видах почтовых отправлений и вложений в них.

4. Пункт 4 комментируемой статьи содержит императивную норму о том, что те сведения, которые содержатся в сообщениях и отправлениях, указанных в п. п. 1 и 3 комментируемой статьи, могут выдаваться только отправителям и получателям или их уполномоченным представителям, если иное не предусмотрено федеральными законами. Под отправителями следует понимать лиц, которые направляют вышеуказанные сообщения и отправления адресату (их получателю) при помощи различных видов связи, под получателями — адресатов, которым направляются указанные отправления и сообщения при помощи различных видов связи. Опять же п. 4 комментируемой статьи содержит изъятие из общего правила о том, что законодательством может быть предусмотрено иное. Это «иное» предполагает, что, в частности, согласно ст. 185 УПК РФ при наличии достаточных оснований полагать, что предметы, документы или сведения, имеющие значение для уголовного дела, могут содержаться соответственно в бандеролях, посылках или других почтово-телеграфных отправлениях либо в телеграммах или радиограммах, на них может быть наложен арест.

Вопрос адвокату:

Я занимаюсь фрилансом, у меня был проект по проведению мастер классов, оттуда у меня есть список физических лиц с фамилией, именем и мобильными телефонам. Указанный список, содержащий персональные данные людей, я выслала по электронной почте одному человеку. Чем мне может грозить такая передача номера телефона третьим лицам?

ВНИМАНИЕ: наш адвокат по уголовным делам АБ «Кацайлиди и партнеры» разъяснит Вам не только наказание за распространение номера телефона, но и ответит на другие вопросы. Звоните и записывайтесь на консультацию прямо сейчас!

Можно ли давать чужой номер телефона без согласия?

Что касается Вашего вопроса по поводу передачи информации третьим лицам, то следует сказать, что своими действиями, Вы нарушаете тайну персональных данных человека, таким образом все это может подпасть под уголовно-наказуемое деяние, предусмотренное статьей 137 УК РФ, конечно для состава нужны еще ряд факторов, но если Вас начнут вызывать по обвинению, то вряд ли будет спокойно на душе, поэтому лучше избегать действий, которые Вы совершили на будущее .

Вам необходимо было, желательно в письменном виде, взять согласие лиц, чьи данные вы передаете третьему лицу, о том, что они действительно не против такового. Это предусмотрено Федеральным законом № 152, в части ст. 7. Необходимо уберечь Вас от наказания, которое предусмотрено законодательством в области нарушений закона о персональных данных.

Следует сказать, что помимо уголовного кодекса, есть составы отдельных действий с персональными данными, которые подпадают под административную ответственность. Так Кодекс об административных правонарушениях РФ в ст.13.11 предусматривает наказание, в виде наложение административного штрафа.

ПОЛЕЗНО: также читайте, что грозит за разглашение персональных данных по ссылке на нашем сайте

Наказание за распространение номера телефона

По Уголовному кодексу РФ наказания намного более серьезное:

  • А) штраф
  • Б) обязательные работы
  • В) исправительные работы
  • Г) принудительные работы
  • Д) арест с правом заниматься определенным видом деятельности

Следует разграничивать нарушения по УК РФ и по КоАП РФ.

Также, следует оговориться, что по статье 24 Федерального закона № 152 «О персональных данных», применяется причинение морального вреда. Что также не сулит ничего хорошего.

В случае обращения к нам, Вы получите не только консультацию, как действовать в дальнейшем, но и реальную юридическую помощь при составлении тех или иных документов, формировании линии защиты, направленной на доказывание возможности применения самого мягкого наказания, переквалификации, прекращения уголовного или административного дела.

Отзыв о работе нашего уголовного адвоката

МОСКВА, 25 декабря. /ТАСС/. Вмешательство в личную жизнь становится преступлением, если речь идет о сведениях, которые гражданин сам не хотел предавать огласке. Это разъяснил пленум Верховного суда РФ в принятом во вторник постановлении «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 УК РФ)».

«При решении вопроса о наличии в действиях лица состава преступления, предусмотренного частью 1 или 2 статьи 137 УК РФ («Нарушение неприкосновенности частной жизни») суду необходимо устанавливать, охватывалось ли его умыслом, что сведения о частной жизни гражданина хранятся им в тайне», — пояснил пленум.

При этом не может повлечь уголовную ответственность сбор или распространение таких сведений в государственных, общественных или иных публичных интересах, «а также в случаях, если сведения о частной жизни гражданина ранее стали общедоступными либо были преданы огласке самим гражданином или по его воле».

Под сбором сведений о частной жизни лица, пояснил Верховный суд, «понимаются умышленные действия, состоящие в получении этих сведений любым способом, например путем личного наблюдения, прослушивания, опроса других лиц, в том числе с фиксированием информации аудио-, видео-, фотосредствами, копирования документированных сведений, а также путем похищения или иного их приобретения».

Распространение сведений о частной жизни лица заключается в сообщении (разглашении) их одному или нескольким лицам в устной, письменной или иной форме и любым способом, в том числе через интернет.

Кроме того, уголовная ответственность за нарушение тайны переписки или телефонных переговоров (ст. 138 УК РФ) наступает независимо от наличия в них сведений, составляющих личную или семейную тайну.

«По статье 138 УК РФ подлежат квалификации незаконные действия, нарушающие тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений конкретных лиц или неопределенного круга лиц, если они совершены с прямым умыслом. При этом ответственность по данной статье наступает независимо от того, составляют ли передаваемые в переписке, переговорах, сообщениях сведения личную или семейную тайну гражданина или нет», — пояснил пленум.

В качестве предусмотренных статьей 138 УК РФ «иных сообщений» выступают sms- и mms-сообщения, факсимильные сообщения, передаваемые через интернет мгновенные сообщения, электронные письма, видеозвонки, а также сообщения, пересылаемые иным способом. «При рассмотрении уголовных дел о преступлении, предусмотренном этой статьей, судам следует иметь в виду, что тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений признается нарушенной, когда доступ к переписке, переговорам, сообщениям совершен без согласия лица, чью тайну они составляют, при отсутствии законных оснований для ограничения конституционного права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений», — говорится в постановлении.

Нарушением тайны телефонных переговоров является и незаконный доступ к информации о входящих и исходящих сигналах соединения между абонентами или абонентскими устройствами пользователей связи (дате, времени, продолжительности соединений, номерах абонентов, других данных, позволяющих идентифицировать абонентов), подчеркнул пленум.

Незаконный доступ к содержанию переписки, переговоров, сообщений может состоять в ознакомлении с текстом и (или) материалами переписки, сообщений, прослушивании телефонных переговоров, звуковых сообщений, их копировании, записывании с помощью различных технических устройств и т. п.

Согласно данным судебной статистики, в прошлом году по этой статье в России были осуждены 63 человека, в 2016 году — 50 человек.



З Д. РАЗМЫШЛЕНИ П. ТОЧКА ЗРЕНИЯ

УДК 343.985

Андрей Евгеньевич Чечетин,

заместитель начальника Барнаульского юридического института МВД России по научной работе (г.Барнаул), доктор юридических наук, профессор, заслуженый юрист Российской Федерации, полковник милиции

ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ ОГРАНИЧЕНИЯ ТАЙНЫ СВЯЗИ ПРИ ПРОВЕДЕНИИ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНЫХ МЕРОПРИЯТИЙ

^Для обеспечения законности в оперативно-розыскной деятельности актуальным является определение содержания конституционного права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, которое может ограничиваться при проведении оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ). К сожалению, современное российское законодательство не дает нужных ориентиров в этом вопросе, а в оперативно-розыскной науке он практически не изучался.

Одна из проблем заключается в том, что рассматриваемое конституционное право по-разному интерпретируется в законодательных актах Российской Федерации. Различное толкование границ этого права обнаруживается, прежде всего, при сравнении его конституционной и законодательной формулировок. Если Конституция РФ закрепляет право каждого на тайну «переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений», то в ч. 2 ст. 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее -Закон об ОРД) говорится о праве на тайну «переписки, телефонных перего-

воров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи

(здесь и далее выделено нами. — А.Ч.)». Таким образом, законодатель сужает понятие рассматриваемого конституционного права, оставляя в нем лишь те сообщения, которые передаются по сетям электрической и почтовой связи.

Аналогичный подход прослеживается в Федеральных законах «О связи» и «О почтовой связи», которые ввели еще одно правовое понятие — «тайна связи». Исследуя соотношение нового понятия и конституционного права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, нельзя не заметить того же различия, о котором указывалось выше. Если конституционное право охватывает любые виды коммуникаций между индивидами, то право на тайну связи включает и, соответственно, гарантирует тайну только тех, которые осуществляются по сетям электросвязи и по сетям почтовой связи. За рамками законодательно закрепленного права на тайну связи остаются коммуникации индивидуального (неорганизованного) порядка. Такое сужение конституционной нормы в

данном случае можно признать вполне допустимым, поскольку указанные законы регулируют отношения, связанные с деятельностью предприятий почтовой и электрической связи. В то же время формулировку ч. 2 ст. 8 Закона об ОРД можно признать противоречащей Конституции РФ, поскольку эта норма регулирует отношения между правоохранительными органами и личностью.

В связи с указанным возникает вопрос о том, требуется ли судебное решение на проведение ОРМ, направленных на перехват корреспонденции и переговоров, которые осуществляются не по официальным каналам электрической и почтовой связи. К таким неофициальным способам коммуникации относятся переписка с использованием тайников, почтовых голубей, услуг частных курьеров для передачи писем и посылок, использование индивидуальных, в том числе самодельных, радиостанций, индивидуальных телефонных линий, общение посредством внутрипроизводственных, технологических или выделенных сетей связи, не имеющих выхода на сеть связи общего пользования, и т.д. В настоящее время среди специалистов в области теории ОРД отсутствует единое мнение при ответе на этот вопрос.

До недавнего прошлого мы предлагали придерживаться законодательного правила, которое не гарантировало тайны неорганизованных видов коммуникации, и высказывали мнение о ненадобности получения судебного решения на их контроль.1 Такая позиция имела сторонников и поддерживалась рядом специалистов.2 Так, по убеждению авторитетных разработчиков комментариев к Закону об ОРД, любые виды индивидуальной коммуникации, не входящие в сферу услуг операторов связи, не образуют тайны связи и их оперативно-розыскной контроль не требует судебного решения.3

Однако исследование проблемы обеспечения прав личности при проведении оперативно-розыскных мероприятий в русле современных концепций конституционного и международ-

ного права привело нас к выводу, что получившее популярность мнение не согласуется с выводами Европейской комиссии по правам человека в данном вопросе. Так, в решениях этой международной организации было установлено, что частные приемопередающие радиостанции подпадают под действие права на уважение частной жизни и тайны корреспонденции.4

Российскими исследователями в области конституционного права также отмечалось, что тайна частных видов коммуникации не гарантируется законодателем, но она защищается Конституцией РФ, а поэтому ее нарушение следует рассматривать как противоправное вторжение в право на неприкосновенность частной жизни.5 Отсюда вытекает признание права на тайну индивидуальных средств коммуникации, а поэтому его ограничение при проведении оперативно-розыскных мероприятий также должно осуществляться на основании судебного решения.

Противоречивые мнения высказываются в юридической литературе и по поводу необходимости получения судебного решения на прослушивание телефонных переговоров, ведущихся по внутрипроизводственным и технологическим сетям связи предприятий, учреждений и организаций различных форм собственности, не имеющих выхода на сеть связи общего пользования. По мнению одних исследователей, такие каналы создаются для управления внутрипроизводственной деятельностью и технологическими процессами, а поэтому предназначены для обмена служебной информацией, которая не относится к частной жизни граждан. Об особом статусе указанных сетей связи свидетельствует также то обстоятельство, что для их организации не требуется лицензий, а поэтому они не подпадают под общий порядок организации системы оперативно-розыскного контроля сетей электросвязи. Однако другие авторы полагают, что снятие информации, передаваемой по служебным

Взгляд.

каналам связи, требует судебного решения, поскольку наряду со служебной информацией могут передаваться и сведения личного характера, а также данные, составляющие коммерческую тайну.6

Необходимо также учитывать, что в Федеральном законе от 7 июля 2003 г. №126-ФЗ «О связи»7 не делается разграничения между личной и служебной коммуникациями. Буквальное толкование ч. 3 ст. 63 закона позволяет сделать однозначный вывод, что ознакомление оперативно-розыскных служб с содержанием любой информации, как личной, так и служебной, передаваемой по сетям электрической и почтовой связи, требует судебного решения. Гарантируя конституционное право на тайну переговоров, законодатель допускает возможность смешения личной жизни и служебной деятельности. Исходя из этого, следует признать необходимым получение судебного решения для осуществления контроля переговоров, ведущихся и по внутрипроизводственным сетям связи.

Не менее проблемным является установление того, является ли объектом рассматриваемого нами права информация об абонентах операторов связи, а также об оказанных им услугах, и нужно ли судебное решение на получение такой информации оперативно-розыскными службами? Этот вопрос уже поднимался в юридической литературе, однако остается пока без четкого ответа.8 Законодательное использование понятия тайны связи, к сожалению, не отличается последовательностью и преемственностью, о чем свидетельствует сравнительный анализ правовых норм, регулирующих отношения в сфере связи.

Первая попытка детализации конституционной нормы, охраняющей права личности на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, была предпринята в Федеральном законе «О связи» от 16 февраля 1995 г. №15-ФЗ.9 В ст. 32 этого законодательного акта содержалось предписание, согласно которому «прослушивание телефонных

Размышления. Точка зрения

переговоров, ознакомление с сообщениями электросвязи, задержка, осмотр и выемка почтовых отправлений и документальной корреспонденции, получение сведений о них, а также иные ограничения тайны связи допускаются только на основании судебного решения». Нетрудно заметить, что в этой законодательной норме речь шла не только о прослушивании телефонных переговоров и осмотре почтовых отправлений, но и о получении сведений о них. Отсюда следует, что такие сведения законодатель включал в понятие тайны связи.

Усилия законодателей по определению содержания понятия «тайны связи» были продолжены в Федеральном законе «О почтовой связи» от 17 июля 1999 г. №176-ФЗ.10 Часть 4 ст. 15 этого правового акта распространила понятие тайны связи не только на сами почтовые отправления, переводимые денежные средства, телеграфные и иные сообщения, но и на информацию об адресных данных пользователей услуг почтовой связи, о почтовых отправлениях, почтовых переводах денежных средств, телеграфных и иных сообщениях. Такое уточнение существенно расширило границы конституционного права на тайну переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

В ч. 2 этой же статьи предусмотрена обязательность получения судебного решения на осмотр и вскрытие почтовых отправлений, осмотр их вложений, а также «иные ограничения тайны связи». Под иными ограничениями тайны связи, исходя из логики этой статьи, следует понимать получение информации об адресных данных пользователей услуг связи, а также об оказанных услугах почтовой связи.

Совершенно по-иному, на наш взгляд, был урегулирован рассматриваемый вопрос в Федеральном законе «О связи» 2003 г., в котором достаточно четко проведено разграничение между правом личности на тайну связи (ст. 63) и обязанностью операторов связи предоставлять информацию о пользователях услугами связи (ст. 64). 43 —

В ч. 1 ст. 63 этого закона в понятие тайны связи включается «тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи». Отсюда следует, что используемое в данной норме понятие тайны связи распространяется не только на сообщения, передаваемые по сетям электросвязи, но и на почтовые отправления. Другими словами, оно носит более общий характер по сравнению с понятием тайны связи, сформулированным в законе «О почтовой связи», которое следует рассматривать лишь как частное проявление общей нормы.

Далее в этой же статье определено, что «ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, допускается только в случаях, предусмотренных федеральными законами». Обращаем внимание на то, что законодатель предусматривает возможность ограничения этого права не на основании судебного решения, как предусматривает Конституция РФ, а на основании федеральных законов. Такая трансформация конституционной нормы, формально сужающая ее действие, несмотря на свою дискуссионность, устанавливает возможность ограничения каких-то составных элементов права на тайну связи и без судебного решения.

В ч. 3 ст. 63 закона законодатель устанавливает виды ограничений тайны связи, допускаемых только на основании решения суда, к которым отнесены «осмотр почтовых отправлений.., осмотр вложений, ознакомление с информацией и документальной корреспонденцией, передаваемыми по сетям электросвязи и сетям почтовой связи». Под ознакомлением с информацией и документальной корреспонденцией в данном случае вполне определенно следует понимать изучение содержания писем, телеграмм, телефонных переговоров, компьютерных файлов и иных, в

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

том числе электронных, отправлений. Таким образом, в рассматриваемой норме сведения о пользователях связи и оказанных им услугах исключены из содержания понятия тайны связи, ограничение которой возможно только при наличии судебного решения.

Однако иную точку зрения по этому вопросу, как известно, сформулировал Конституционный Суд РФ. В определении от 2 октября 2003 г. №345-О он разъяснил, что информацией, составляющей тайну телефонных переговоров, «считаются любые сведения, передаваемые, сохраняемые и устанавливаемые с помощью телефонной аппаратуры, включая данные о входящих и исходящих сигналах соединения телефонных аппаратов конкретных пользователей связи». Для доступа к этим сведениям, как следовало из этого разъяснения, необходимо получение судебного разрешения.11

Такое разъяснение Конституционного Суда РФ, созвучное Федеральному закону «О связи» 1995 г., исходит из расширительного толкования понятия тайны телефонных переговоров. Это, на наш взгляд, неоправданно нарушает баланс интересов государства и личности в сторону последнего, что представляется неадекватным современной криминальной ситуации в России.

Признавая особый характер государственно-властных полномочий Конституционного Суда РФ и понимая, что его решения имеют общеобязательный характер12, считаем необходимым обратить внимание на небесспорность ряда аргументов этого определения.

Во-первых, Суд не увидел существенного различия между нормами, изложенными в ч. 4 ст. 32 Федерального закона «О связи» 1995 г. и ч. 3 ст. 63 закона 2003 г., указав в мотивировочной части определения, что прежняя норма была сохранена. В то же время проведенный выше сравнительный анализ старой и новой норм, регламентирующих обеспечение тайны связи, наглядно показывает их различие, и не замечать этого нельзя.

Взгляд. Размышления. Точка зрения

Во-вторых, предложенное Судом толкование понятия тайны телефонных переговоров и установление им необходимости получения судебного решения для доступа к сведениям о входящих и исходящих сигналах соединения телефонных аппаратов вступает в явное противоречие с ч. 1 ст. 64 закона 2003 г. В то же время эту норму закона Суд не признал неконституционной, а поэтому она может применяться. Содержание указанной нормы позволяет органам, осуществляющим ОРД, на законных основаниях требовать от операторов связи сведения о соединениях абонентов, которые они должны предоставлять. В свою очередь, законные требования указанных должностных лиц в соответствии с ч. 2 ст. 15 Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» обязательны для исполнения всеми физическими и юридическими лицами, к которым такие требования предъявлены. В то же время операторы связи, руководствуясь определением Конституционного Суда РФ, вправе запросить для этого судебное решение. Возникшая неопределенность требует разрешения либо путем изменения редакции ст. 63 и ст. 64 Федерального закона «О связи», либо иного толкования Судом понятия тайны телефонных переговоров.

Второй вариант решения проблемы представляется нам более предпочтительным и имеющим теоретическое обоснование. Конституционному Суду РФ следовало бы принять во внимание важный вывод исследователей в области конституционного права о том, что «правовой режим отношений, связанных с обеспечением и защитой тайны, устанавливается в зависимости от той или иной разновидности тайны. Он предполагает, прежде всего, определение степени доступа к ней различных категорий субъектов права»13. Отсюда следует, во-первых, что законодатель вправе определять дифференцированные режимы доступа должностных лиц правоохранительных органов к различным видам информации (содержанию сообщений и сведениям об оказанных

услугах связи), а во-вторых, что запрещено всем, то может быть законом разрешено определенной категории сотрудников оперативно-розыскных служб при возникновении конкретных обстоятельств.

При определении пределов конституционного права на тайну телефонных переговоров достаточно проблемным представляется также вопрос о субъектах такого права в ситуациях, связанных с хищением сотовых телефонов. Как известно, такие преступления приобретают все больший удельный вес в структуре современной российской преступности. В этих случаях следует, прежде всего, дать ответ на вопрос о том, ограничиваются или нет чьи-либо права при контроле переговоров по похищенному телефону? Если телефон выбыл из правомерного владения, то его владелец уже не сможет воспользоваться своим правом на тайну телефонных переговоров по этому аппарату, а поэтому его в этом уже нельзя ограничить. Отсюда возникает следующий вопрос: приобретает ли такое право человек, неправомерно завладевший мобильным телефоном? Ответ на него может быть только отрицательным. В соответствии с общеправовым принципом «jus ex injuria non uritur» право не может возникнуть из правонарушения, а поэтому у похитителя мобильного телефона права на тайну переговоров по этому аппарату быть не может. Таким образом, переговоры по похищенному телефонному аппарату находятся за границами права на тайну телефонных переговоров и не могут входить в объект конституционной защиты. В связи с этим контроль похищенного мобильного телефона, включая запись и прослушивание ведущихся по нему переговоров, не может ограничивать ничьих конституционных прав, а поэтому судебного решения для этого не требуется.

Затронутые вопросы носят дискуссионный характер, нуждаются в дальнейшем исследовании и в правовой регламентации.

1 Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» : научно-практический комментарий / под ред. В.В.Николюка,

B.В.Кальницкого, А.Е.Чечетина. — Омск, 1999. —

C. 80-81.

5 Бурылов, А.В. Право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграф-

7 Собрание законодательства Российской Федерации. — 2003. — № 28. — Ст. 2895.

9 Собрание законодательства Российской Федерации. — 1995. — № 8. — Ст. 600.

10 Собрание законодательства Российской Федерации. — 1999. — № 29. — Ст. 3697.

11 Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Советского районного суда города Липецка о проверке конституционности части четвертой статьи 32 Федерального закона от 16 февраля 1995 года «О связи» : определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 октября 2003 г. № 345-О / / Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. — 2004. -№ 1. — С. 50-52.

13 Бурылов, А.В. Указ. соч. — С. 36.

Тайна связи

Тайна связи установлена ст. 63 Федерального закона «О связи» от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ, согласно которой: 1. На территории Российской Федерации гарантируется тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи. Ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, допускается только в случаях, предусмотренных федеральными законами. 2. Операторы связи обязаны обеспечить соблюдение тайны связи. 3. Осмотр почтовых отправлений лицами, не являющимися уполномоченными работниками оператора связи, вскрытие почтовых отправлений, осмотр вложений, ознакомление с информацией и документальной корреспонденцией, передаваемыми по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, осуществляются только на основании решения суда, за исключением случаев, установленных федеральными законами. 4. Сведения о передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи сообщениях, о почтовых отправлениях и почтовых переводах денежных средств, а также сами эти сообщения, почтовые отправления и переводимые денежные средства могут выдаваться только отправителям и получателям или их уполномоченным представителям, если иное не предусмотрено федеральными законами. О тайне связи говорится также в ст. 15 «Тайна связи» Федерального закона от 17 июля 1999 г. № 176-ФЗ «О почтовой связи»: Тайна переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, гарантируется государством. Осмотр и вскрытие почтовых отправлений, осмотр их вложений, а также иные ограничения тайны связи допускаются только на основании судебного решения. Все операторы почтовой связи обязаны обеспечивать соблюдение тайны связи. Информация об адресных данных пользователей услуг почтовой связи, о почтовых отправлениях, почтовых переводах денежных средств, телеграфных и иных сообщениях, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, а также сами эти почтовые отправления, переводимые денежные средства, телеграфные и иные сообщения являются тайной связи и могут выдаваться только отправителям (адресатам) или их представителям. Должностные и иные лица, работники организаций почтовой связи, допустившие нарушения указанных положений, привлекаются к ответственности в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В литературе отмечается, что Федеральным законом «О связи» введено, но не раскрыто понятие «тайна связи» (ст. 63). Там же определено, что ознакомление с информацией, передаваемой по сетям электросвязи, осуществляется только «на основании судебного решения, за исключением случаев, установленных федеральными законами». Об этом пишет А. В. Юшкевич: «Действующее законодательство не содержит четкого определения понятия «тайна связи», а также не указывает, какие гарантии предоставляет это конституционное право, в ст. ст. 63, 64 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи». Считаем необходимым сформулировать определение тайны связи; указать перечень сведений, составляющих понятие «тайна связи»; регламентировать порядок предоставления соответствующих сведений; установить перечень обязательных гарантий, которые должен предоставлять оператор связи; предусмотреть меры ответственности за нарушение тайны связи». В ч. 4 ст. 63 Закона лишь уточняется понятие тайны связи. Она должна охватывать сведения об адресных данных тех, кто пользуется почтовыми услугами, об их «почтовых отправлениях, почтовых переводах денежных средств, телеграфных и иных сообщениях… а также сами эти почтовые отправления, переводимые денежные средства, телеграфные и иные сообщения». Информация обо всем этом может выдаваться только отправителям (адресатам) или их представителям. Адресные данные пользователей услуг почтовой связи – это информация о гражданах (фамилия, имя, отчество, почтовый адрес), а также о других пользователях услуг почтовой связи (наименование и почтовый адрес), адресатом является гражданин или организация, которым адресованы почтовое отправление, почтовый перевод денежных средств, телеграфное или иное сообщение.

Право на тайну связи обеспечивается, во-первых, тем, что данная статья содержит в себе декларацию о том, что тайна переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, гарантируется государством. Данное положение берет свое начало в предписаниях ч. 2 ст. 23 Конституции РФ о том, что каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Во-вторых, ограничение этого права допускается только на основании судебного решения. В-третьих, комментируемая норма содержит предписание, что все операторы почтовой связи (т. е. организации почтовой связи и индивидуальные предприниматели, имеющие право на оказание услуг почтовой связи) обязаны обеспечивать соблюдение тайны связи.

Ограничение этого права, т. е. перлюстрация частной корреспонденции и прослушивание телефонных переговоров, допускается только на основании судебного решения. Данное конституционное установление гарантируется положением ст. 13, 185 УПК, ст. 8 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», ст. 9 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», ст. 64 Федерального закона «О связи» и др.

В целях обеспечения тайны связи в п. 4 ст. 63 Закона о связи определен круг лиц, имеющих право получать сведения о передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи сообщениях, о почтовых отправлениях и почтовых переводах денежных средств, а также сами эти сообщения, почтовые отправления и переводимые денежные средства. К ним отнесены отправители и получатели, а также их уполномоченные представители.

Исключения из указанного общего правила могут устанавливаться только федеральными законами.

Нарушение тайны сообщений граждан необходимо отличать от правомерного ограничения тайны телефонной, телеграфной, почтовой и иных видов связи на основании действующего законодательства. Такое ограничение согласно ст. 23 Конституции РФ допускается только на основании судебного решения.

«Несмотря на то, что ст. 23 Конституции Российской Федерации до пускает ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных отправлений только на основании судебного решения, п. 3 ст. 63 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи» предусматривает возможность ограничения этих прав также в случаях, предусмотренных федеральными законами. Учитывая, что Конституция Российской Федерации имеет прямое действие и обладает высшей юридической силой, полагаем, что включение в ст. 63, 64 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи» дополнительных ограничений прав, предусмотренных ст. 23 Конституции Российской Федерации, как то: «в случаях, предусмотренных федеральными законами», является явным противоречием Основному Закону Российской Федерации. Возможность ограничения рассматриваемого права только на основании судебного решения подчеркивалась также в ряде решений Верховного Суда Российской Федерации. Так, в силу п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 1993 г. № 13 «О некоторых вопросах, связанных с применением статей 23 и 25 Конституции Российской Федерации» по результатам рассмотрения материалов судьей выносится мотивированное постановление о разрешении провести оперативно-розыскные или следственные действия, связанные с ограничением права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений или с проникновением в жилище, либо об отказе в этом».

Федеральный закон от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи» не устанавливает субъектов, которым гарантируется тайна связи, поэтому возможно сделать заключение, что гарантии распространяются на всех пользователей услуг связи: и юридических, и физических лиц, как являющихся гражданами, так и не являющихся таковыми.

Правомерное ограничение тайны переписки возможно в процессе осуществления уголовно-процессуальной деятельности; также установлено ограничение, предусмотренное в ч. 3 ст. 25 Федерального закона от 22 октября 2004 г. № 125-ФЗ «Об архивном деле в РФ». Согласно указанной норме ограничение на доступ к архивным документам, содержащим сведения о личной и семейной тайне гражданина, его частной жизни, а также сведения, создающие угрозу для его безопасности, устанавливается на срок 75 лет со дня создания указанных документов. Согласно п. 3 ст. 9 Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» аудиторская организация, индивидуальный аудитор не вправе передавать сведения и документы, составляющие аудиторскую тайну, третьим лицам либо разглашать эти сведения и содержание документов без предварительного письменного согласия лица, которому оказывались услуги, предусмотренные настоящим Федеральным законом, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Таможенные органы, их должностные лица, иные лица, получившие доступ к указанной информации в силу закона или договора, не вправе разглашать, использовать в личных целях либо передавать третьим лицам (в том числе государственным органам) информацию, составляющую государственную, коммерческую, банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну, и другую конфиденциальную информацию, за исключением случаев, установленных Таможенным кодексом РФ (ст. 10 ТК РФ).

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Записи созданы 8837

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх