304 АПК РФ

СТ 270 АПК РФ

1. Основаниями для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции являются:

1) неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела;

2) недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными;

3) несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела;

4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

2. Неправильным применением норм материального права является:

1) неприменение закона, подлежащего применению;

2) применение закона, не подлежащего применению;

3) неправильное истолкование закона.

3. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

4. Основаниями для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае являются:

Комментарий к Ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ

1. В обобщенном виде основания к отмене и изменению решения арбитражного суда первой инстанции могут быть сведены к необоснованности и незаконности. Части 1 — 3 ст. 270 Кодекса раскрывают понятие необоснованности, а ч. 4 — незаконности.

2. Арбитражный суд исследует те обстоятельства, которые определенным образом влияют на исход процесса, поэтому Кодекс и устанавливает, что основанием к отмене судебного решения является неполное выяснение юридически значимых фактов.

Это прежде всего юридические факты, установление наличия или отсутствия которых может повлиять на права и обязанности сторон. Совокупность юридических фактов, которые должны быть выяснены по конкретному делу, определяется правовой нормой, регулирующей данные отношения.

Неполнота исследования фактической стороны дела в ряде случаев является следствием неправильного определения предмета доказывания арбитражным судом первой инстанции; иногда пробелы в установлении существенных обстоятельств по делу обусловлены тем, что арбитражный суд придает юридическое значение фактам, не имеющим правовой силы, и не исследует факты, необходимые для правильного разрешения спора.

Круг фактов, подлежащих установлению по делу, не исчерпывается лишь теми, которые имеют юридическое значение. Иногда, чтобы судить о юридическом факте, предусмотренном соответствующей правовой нормой, нужно установить ряд доказательственных фактов промежуточного характера. Обычно необходимость в этом возникает при использовании косвенных доказательств.

3. Выводы арбитражного суда о фактической стороне дела, положенные в основу решения, должны быть достоверными и соответствовать имеющимся в деле доказательствам. Нарушение данного правила приводит к отмене или изменению судебного решения. Естественно, это положение не относится к тем случаям, когда в силу АПК РФ (ст. 69) те или иные факты не подлежат доказыванию.

Апелляционная инстанция признает обстоятельства недоказанными, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, либо основываются на доказательствах, достоверность которых не установлена или вызывает сомнение.

Решения не соответствуют доказательствам в тех случаях, когда при наличии в деле противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для вывода арбитражного суда, в решении не указано, по каким основаниям арбитражный суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Игнорирование имеющихся в деле доказательств всегда влечет отмену судебного решения. Поэтому арбитражный суд должен мотивировать в решении, по каким основаниям им отвергнуто то или иное доказательство, представленное сторонами.

Основной причиной неверного вывода арбитражного суда первой инстанции о фактическом составе по делу является неправильная оценка доказательств при рассмотрении и разрешении дел. Нередко арбитражный суд выносит бездоказательные решения вследствие плохо проведенной подготовки дела к судебному разбирательству.

4. В качестве оснований к отмене судебных решений закон указывает на несоответствие выводов арбитражного суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела. Решение отменяется по ч. 3 ст. 270 Кодекса в тех случаях, когда арбитражный суд из установленных им фактов делает неправильный вывод о фактических взаимоотношениях сторон.

5. Нарушение или неправильное применение норм материального либо процессуального права также может служить основанием для отмены (изменения) решения. Применительно к нормам материального права это возможно, когда нарушение привело одновременно к необоснованности судебного решения, т.е. неполному выяснению юридически значимых фактов, их недоказанности, несоответствию выводов суда обстоятельствам дела. В противном случае ошибка в применении норм материального права может быть исправлена апелляционной инстанцией путем изменения проверяемого решения.

Что же касается нарушения процессуальных норм, то решение отменяется, если нарушение повлияло или могло повлиять на правильность вынесенного решения (ч. 3 ст. 270 Кодекса).

6. Арбитражный процессуальный кодекс впервые определяет содержание понятия неправильного применения норм материального права, перечислив виды, в которых неправильное применение норм материального права может проявиться (ч. 2 ст. 270).

7. Неприменение надлежащего закона заключается в том, что суд не только не указывает в решении норму материального права, но и разрешает дело вопреки нормам действующего права.

Если спор разрешен по нормам права, подлежащим применению в данном случае, но в решении не сделана соответствующая ссылка на закон, необходимо внести соответствующее изменение в мотивировочную часть решения.

Неприменение надлежащего закона будет иметь место также в тех случаях, когда суд при разрешении дела руководствуется подзаконными актами, изданными ненадлежащими органами или в ненадлежащем порядке либо противоречащими нормативным актам вышестоящих органов, ибо такие нормативные акты не имеют юридической силы. О неприменении надлежащего закона можно говорить также, когда отношения сторон регулируются несколькими нормами права, а суд, применив одну из них, игнорировал остальные.

8. Применение ненадлежащего закона означает прежде всего, что суд дает неправильную юридическую квалификацию фактическим взаимоотношениям сторон, применяя, например, нормы гражданского права к отношениям, регулируемым земельным законодательством. Подобный вид нарушения будет и в том случае, если арбитражный суд правильно определил вид общественных отношений, но применил неподходящую к данному случаю норму права.

О применении ненадлежащего закона можно говорить и в том случае, когда арбитражный суд нарушил пределы действия закона в пространстве или во времени.

9. Проверяемое решение арбитражного суда подлежит изменению либо отмене с вынесением нового решения апелляционной инстанцией и в случае неправильного истолкования закона. Однако в отличие от пп. 1 — 2 ч. 2 ст. 270 Кодекса неправильное истолкование закона как самостоятельный вид нарушения предусматривает случаи, когда арбитражный суд применил закон, подлежащий применению, но вследствие неправильного уяснения его содержания сделал в решении неправильный вывод о правах и обязанностях сторон.

10. Несмотря на большое значение, которое имеют правила арбитражного процесса для выполнения задач, стоящих перед правосудием, не всякое процессуальное нарушение влечет отмену судебного решения. Кодекс устанавливает критерий для определения существенности процессуального нарушения, указывая, что основанием к отмене решения является лишь такое процессуальное нарушение, которое привело или могло привести к вынесению неправильного решения.

Следовательно, процессуальное нарушение должно влечь отмену решения не только тогда, когда оно прямо и непосредственно свидетельствует об ошибочности вывода арбитражного суда по делу, но и если оно ставит под сомнение правильность его разрешения. Несущественные процессуальные нарушения, которые не могли повлиять на конечные выводы арбитражного суда, не влекут отмену судебного решения. В этих случаях апелляционная инстанция, не отменяя решение, может указать на допущенные нарушения в своем постановлении.

Вопрос об отмене арбитражного судебного решения вследствие допущенного по делу нарушения норм процессуального права решается апелляционной инстанцией с учетом конкретных обстоятельств дела. Поэтому и вопрос о процессуальных последствиях, которые должны наступить в связи с нарушением одних и тех же правил судопроизводства, разрешается по-разному.

11. Часть 4 ст. 270 АПК РФ дает перечень процессуальных нарушений (безусловных оснований к отмене), при обнаружении которых дело всегда подлежит возвращению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Особо следует обратить внимание на введение Кодексом нового безусловного основания к отмене арбитражного решения — нарушение тайны совещания судей при принятии решения.

Некоторых пояснений требует п. 6 ч. 4 ст. 270 АПК РФ. Отсутствие в деле протокола судебного заседания или подписание его не теми лицами, которые на это уполномочены, лишает апелляционную инстанцию возможности проверить законность и обоснованность решения и потому рассматривается законодателем как безусловное основание к отмене решения. Представляется, что протокол судебного заседания лишается силы и значения судебного документа также, когда он не подписан надлежащими лицами.

Наличие в деле безусловного процессуального основания к отмене решения не освобождает, однако, апелляционную инстанцию от обязанности проверить правильность решения с точки зрения оснований, содержащихся в апелляционной жалобе, а также от применения в случае необходимости правил ч. 6 ст. 268 Кодекса.

12. Апелляционная инстанция не наделена правом отмены решения с передачей дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. Законодатель не делает исключения из этого правила и для ситуаций, когда решение отменяется по безусловным основаниям. Однако, учитывая специфику таких решений, требующих всегда заново, в полном объеме, с соблюдением всех процессуальных правил пересмотреть дело, новый АПК РФ приравнял порядок их рассмотрения к порядку разрешения дел арбитражным судом первой инстанции (ч. 5 ст. 270 Кодекса). Тем самым из смысла названной нормы следует, что в данном случае особенности порядка рассмотрения дел апелляционной инстанцией, установленного ч. 3 ст. 266 Кодекса, не действуют.

1) рассмотрение дела арбитражным судом в незаконном составе;

2) рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;

3) нарушение правил о языке при рассмотрении дела;

4) принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле;

5) неподписание решения судьей или одним из судей, если дело рассмотрено в коллегиальном составе судей, либо подписание решения не теми судьями, которые указаны в решении;

6) отсутствие в деле протокола судебного заседания или подписание его не теми лицами, которые указаны в статье 155 настоящего Кодекса;

7) нарушение правила о тайне совещания судей при принятии решения.

5. Утратила силу с 4 мая 2010 г.

В следственном отделе по Челябинску, возбуждая уголовное дело по факту публикации моих статей считали, что дело лёгкое и перспективное. Исследования Е.Г.Борисовой и А.Н.Савельева побудили старшего следователя Котову несколько иначе взглянуть на находящееся в её производстве дело. Чтобы им не было легко и дальше, и дело приобрело непригодный для прокурора, утверждающего обвинительное заключение, вид, защищающими меня юристами из межрегиональной правозащитной организации «Агора» было подготовлено ходатайство о прекращении уголовного дела, к которому была приложена правоприменительная практика по аналогичным делам. Задача этого ходатайства была чисто технической: обременить дело свидетельствами иного толкования законов. Удовлетворения следователем ходатайства ожидать не приходилось, но, тем не менее, интересен её ответ:

В соответствии со ст. 3 УК РФ применение уголовного закона по аналогии не допускается. В соответствии со ст. 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Котова не совсем правильно понимает применение закона по аналогии. Аналогией закона называется восполнение пробела в праве, когда закон применяется к случаям, прямо им не предусмотренным, но аналогичным тем, которые непосредственно регулируются этим законом (1). Мой же случай законом предусмотрен, и приложенная практика описывала такие же, предусмотренные тем же законом, дела. Но это не принципиально, практика в дело попала. Хочет — пусть несёт такое дело прокурору, а тот подписывает обвинительное заключение.

Аналогичная задача решалась обращением в федеральные правоохранительные органы и правоохранительные органы Челябинской области с требованием провести проверку высказываний, приписываемых первым лицам государства, на предмет наличия в них экстремизма. Разумеется, отовсюду был получен отказ. Собрав все отказы и изложив доводы о недопустимости применения двойных стандартов, я обратился с ходатайством в СО: …Таким образом, я, серией своих писем, обратил внимание на высказывания неустановленных лиц, имеющих признаки экстремистских, и тех служб, которые обязаны самостоятельно осуществлять мониторинг интернета, выявляя подобные высказывания, и тех служб, которые по информации из различных источников возбуждают уголовные дела. Ни одна из них не сочла необходимым провести доследственную проверку предоставленных высказываний в виде, хотя бы, лингвистического исследования. В отношении же моей статьи дело было возбуждено при наличии гораздо меньшего количества оснований, необходимых для возбуждения уголовных дел вообще. Тем самым, была нарушена ст. 19 Конституции России, утверждающая, что все равны перед законом и судом, а равенство прав и свобод человека и гражданина гарантировано государством независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Приложенная к настоящему заявлению переписка подтверждает, что в практике применения антиэкстремистского законодательства применяется двойной стандарт. На основании вышеизложенного, оценивая факт, отказа правоохранительных органов от проверки высказываний, аналогичных моим, на предмет наличия в них признаков экстремистской деятельности, прошу прекратить в отношении меня уголовное дело по тем же основаниям, что были применены при рассмотрении вышеперечисленных материалов.

Следователь Котова отказала в удовлетворении ходатайства, мотивировав тем, что оно не подлежит удовлетворению в полном объёме в связи с тем, что

предметом расследования уголовного дела № 5800033 является факт опубликования Ермоленко А.А. в сети Интернет статей, в которых содержатся высказывания. направленные на унижение достоинства группы лиц по признакам принадлежности к определённым социальным группам, а не деятельность и высказывания Президента РФ Медведева Д.А., премьер-министра РФ Путина В.В.. депутата Государственной Думы РФ Абельцева С.Н., бывшего сотрудника администрации Президента РФ Maтвейчева О.А.

Так и я о том же. Против них даже проверки не начали, не найдя для неё оснований, а в отношении моих статей возбудили дело, ничего не зная даже об объекте уголовно-правовой охраны, только подразумевая, что таковой существует. Котова пусть упражняется в незнании производства уголовных дел, я же добился попадания в дело подтверждения двойного стандарта правоприменительной практики по делам, связанным с экстремизмом. Официального подтверждения того, что антиэкстремистское законодательство — это не что иное как инструмент политической казни. В Страсбурге лишним не будет.

Пленум ВС и единство судебной практики

Принцип единообразия судебной практики не отнесен законодателем к числу основных принципов построения судебной системы, в отличие от принципа независимости судей (ст. 120 Конституции РФ). Самостоятельность судьи на момент принятия высшего закона страны представлялась гарантией индивидуального, как наиболее верного, правоприменения, главной целью было исключение административного давления на суд.

Но принцип единства судебной практики является одной из гарантий стабильности правоотношений: толкование правовых норм должно быть предсказуемым для их участников, законы должны действовать равно и одинаково для всех. Меры, которыми обеспечивается единообразие судебной практики, можно представить в виде таблицы.

Мера

1. Организационные

Инстанционное построение судебной системы

Каждая следующая инстанция проверяет постановления нижестоящих

Единство высшего судебного органа

После упразднения ВАС был образован единый ВС РФ, призванный унифицировать применение гражданского права в двух ветвях цивилистического процесса

2. Нормативно-правовое обеспечение

Ст. 126 Конституции РФ

Наделяет ВС РФ полномочиями по осуществлению судебного надзора и даче разъяснений

Подп. 1 ч. 7 ст. 2 закона «О ВС РФ» от 05.02.2014 № 3-ФКЗ (далее — ФКЗ)

Обязывает ВС РФ давать разъяснения, обеспечивающие единство судебной практики в части применения законодательства РФ

Ст. 270 АПК РФ, ст. 330 ГПК РФ, ст. 310 КАС РФ и др.

Нормы процессуальных кодексов, устанавливающие пересмотр судебных актов:

в случае нарушения единообразия судебной практики при толковании и применении норм права;

при изменении единого подхода

Обязанность по даче разъяснений судам законом возложена на Пленум ВС РФ (п. 1 ч. 3 ст. 5 ФКЗ).

Нарушение единообразия судебной практики и его последствия

Первой линией защиты единства правоприменения является апелляционная инстанция, которая обязана отменять судебные акты при неправильном толковании или применении норм (ст. 270 АПК РФ, ст. 330 ГПК РФ, ст. 310 КАС РФ, ст. 389.17, 389.18 УПК РФ).

Нарушения ранжируются по степени их значимости для результата проверки:

  • Не влекут отмену решения процессуальные нарушения, не приведшие к вынесению неправильного решения (т. е. не помешавшие выяснить все обстоятельства и применить нужные материальные нормы), — несущественные в терминологии УПК РФ. ГПК РФ выделяет из общей массы нарушений формальные, не повлекшие по существу неправильный результат по делу.
  • Являются основанием для отмены решения процессуальные и материальные нарушения: нормативное несоответствие и неверное толкование норм.

На уровне кассации основания для пересмотра судебных актов сформулированы более узко. В таком качестве в большинстве видов процессов признают существенные нарушения материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела (ст. 401.15 УПК РФ, ст. 328 КАС РФ, ст. 387 ГПК РФ). Только в ст. 288 АПК РФ нет указания на существенность и имеется закрытый перечень процессуальных нарушений, которые влекут отмену решения в любом случае.

Наконец, при пересмотре в порядке надзора в цивилистических процессах основанием для отмены судебных актов прямо указано нарушение единообразия толкования и применения норм права (ст. 308.8 АПК РФ, ст. 341 КАС РФ, ст. 391.9 ГПК РФ), в уголовном процессе — существенное нарушение, повлиявшее на исход дела (ст. 412.9 УПК РФ).

Рекомендуем также к прочтению статью на сайте КонсультантПлюс о дисицплинарной ответственности судей за нарушение единообразия судебной практики. Если у вас еще нет доступа к системе КонсультантПлюс, вы можете оформить его бесплатно на 2 дня.

Проблема источников единого правоприменения

Проблемы единообразия судебной практики во многом являются следствием неопределенности источников — актов судебного толкования:

  1. Проблема форм официального толкования. Как было сказано выше, ФКЗ установил только один источник (форму) официального толкования — разъяснения Пленума ВС РФ. Но есть и постановления Президиума ВС РФ, обзоры судебной практики, определения кассационных коллегий ВС РФ — итоговые документы рассмотрения дела по существу, вынесенные судьями (т. н. отказные определения). Значение этих источников толкования законом не установлено. Некоторые из них перечислены в постановлении Президиума ВС РФ от 23.03.2005 № 25ПВ04 и др., однако правовой статус этого документа для руководства нижестоящими судами тоже не определен.
  2. Проблема применимости толкования. В отличие от системы общего права, при отсутствии официально признанного источника в виде судебного прецедента (см. подробнее в статье «Что такое судебный или юридический/правовой прецедент?») нет теоретических и практических рекомендаций по выделению в официально публикуемой практике обязательной части, что дезориентирует как судей, так и участников отношений.
  3. Обратная иерархия при учете судебной практики. Статистически вероятность отмены решения выше в апелляции, чем в надзоре, поскольку не все дела доходят даже до кассации. Следовательно, суд ориентируется в большей степени на практику апелляционного суда, нежели на ВС РФ. Формируется самостоятельная окружная и апелляционная практика.

Высшие суды решают перечисленных вопросы путем применения правовых позиций.

Содержание понятия правовой позиции вышестоящего суда

В прецедентной системе судами применяется ratio decidendi судебного акта (выводы, имеющие юридическое значение). В отечественной правоприменительной практике в последние десятилетия приобрел известность термин «правовая позиция» (в советские времена использовалось выражение «правоположение»).

Анализ показывает, что в мотивировочной части судебных актов ВС РФ аргументация строится со ссылкой на правовые позиции, содержащиеся в постановлениях и определениях КС РФ, постановлениях Пленума ВС и ВАС, постановлениях Президиума ВС и ВАС, определениях коллегий ВС РФ, вынесенных после рассмотрения дела по существу.

Содержание понятия «правовая позиция» не определено ни законодательством, ни судебной практикой. Доктринально оно толкуется как система суждений, выражающая понимание норм; суждение о мотивах предпочтения той или иной нормы и др.

Однако если изучить закон «О Конституционном суде РФ» от 21.07.1994 № 1-ФКЗ (далее — закон о КС РФ), можно сделать некоторые выводы о том, в каком значении нужно понимать это выражение. Словосочетание «правовая позиция» в судебных актах восходит именно к этому закону. Сейчас оно используется в ст. 29, 47.1 закона о КС РФ. В частности, указано, что в решении КС РФ находит выражение правовая позиция его судей. Ранее в ст. 79 закона о КС РФ также шла речь о применении правовой позиции КС РФ, сейчас говорится о применении норм в его истолковании. Можно сделать вывод о том, что именно правовая позиция — то суждение, в котором находит выражение истолкование правовой нормы высшим судом.

Пересмотр дел после изменения правовой позиции КС РФ или ВС РФ

Правовые позиции имеют разное значение. Такой вывод следует из норм процессуальных кодексов, предусматривающих возможность пересмотра только по таким новым обстоятельствам общего характера (т. е. не относящимся непосредственно к данному делу, ст. 311 АПК РФ, ст. 392 ГПК РФ, ст. 350 КАС РФ), как определение или изменение практики применения нормы, при наличии прямого указания на возможность пересмотра в постановлении:

  • Пленума ВС РФ;
  • Президиума ВС РФ.

В остальных случаях определение правовой позиции ВС РФ может быть основанием для пересмотра только в пределах, установленных соответствующими процессуальными нормами (см. выше) на уровне апелляции, кассации, надзора. О невозможности признания новым обстоятельством правовой позиции, изложенной в определении коллегии ВС РФ по другому делу, сказано в резолютивной части постановления КС РФ от 17.10.2017 №с24-П.

Относительно правовых позиций КС РФ им дано разъяснение в постановлении от 08.11.2012 № 25-П: пересмотр по ним судебного акта возможен в случаях, когда он либо не вступил в законную силу, либо вступил в законную силу, но не исполнен или исполнен частично.

Обеспечение единообразия

Как показано выше, однозначное закрепление источников судебного толкования в законодательстве отсутствует. В отдельных актах ВС РФ его мнение отражено, но до нижестоящих судов официально не доведено, что создает проблемы на практике.

Можно отметить, что судебное толкования вышестоящего суда (правовая позиция) отличается от правовой нормы тем, что:

  • Подлежит применению к правоотношениям, возникшим до его возникновения (имеет обратную силу).
  • Не всегда имеет очевидную относимость к делу. В частности, общее правило не получается выделить по причине казуального характера примененного толкования, т. е. применимого к ситуации по делу. Следовательно, общим оно будет для ряда дел со сходными обстоятельствами, в свою очередь, оценка степени сходности зависит от суда.

Задача ВС РФ — максимально четкое и однозначное формулирование правовых позиций и последовательность в их применении, т. е. отмена всех не соответствующих им судебных актов (в настоящее время в судах общей юрисдикции отмена или изменение судебного акта даже в апелляции представляет собой значительную редкость, несмотря на общепризнанное более низкое качество решений по сравнению с арбитражными судами). Только в этом случае возможно реальное единство правоприменительной практики.

***

Итак, принцип единства судебной практики означает единообразное применение правовых норм судами. Сложность его реализации состоит в отсутствии перечня источников судебного толкования, доведенного до всех участников правоотношений, и в недостаточной последовательности его проведения судебной системой.

Более полную информацию по теме вы можете найти в КонсультантПлюс.
Полный и бесплатный доступ к системе на 2 дня.

Записи созданы 8837

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх