Акционерное соглашение

В последние годы совместные предприятия (jointventures), ведущие основную деятельность на территории России, широко практикуют структурирование договорных отношений между своими участниками по иностранному праву (например, по английскому праву).

Считается, что зарубежные правопорядки позволяют обеспечить более эффективное закрепление и исполнение договоренностей сторон по вопросам, обычно составляющим предмет корпоративного договора (финансирование проекта; управление компанией и разрешение тупиковых ситуаций; условия выхода участников из проекта через опционы на покупку (продажу) акций; условия продажи акций третьим лицам; запрет на конкуренцию участников с совместным предприятием и прочее). При этом в отношении возможностей отечественного права применительно к корпоративным договорам существует довольно скептическая позиция. Однако в сентябре 2014 года вступила в силу обновленная 4 глава Гражданского кодекса РФ, которая ввела понятие корпоративного договора (ст. 67.2) и сделала его более гибким инструментом по сравнению с существующими моделями акционерного соглашения и договора об осуществлении прав участников. Кроме того, как показывает актуальная судебная практика, корпоративные договоры зачастую могут не менее эффективно защищать интересы участников и по отечественному праву.

Акционерные соглашения признавались ничтожными из-за противоречия императивным нормам

Для применения иностранного права к российским совместным предприятиям уставный капитал российского общества, осуществляющего профильную деятельность, нередко передается в полном объеме иностранной холдинговой компании. Участники иностранной холдинговой компании (ими могут быть, в том числе, российские лица) заключают между собой корпоративный договор по вопросам осуществления прав в отношении такой холдинговой компании, включая вопросы ее участия в российском обществе. Данная модель является наиболее востребованной. Между тем ее реализация не исключает, что при определенных обстоятельствах, несмотря на выбор права сторонами корпоративного договора, он все же будет рассмотрен российскими судами через призму императивных норм российского законодательства.

В свою очередь анализ российской судебной практики показывает, что суды зачастую признавали недействительными корпоративные договоры (полностью или в части), заключенные по поводу отечественных компаний. К числу такого рода судебных решений могут быть отнесены известные постановления, разрешившие споры между участниками (прямыми или косвенными) ОАО «Мегафон», ЗАО «Русский Стандарт Страхование», ЗАО «КМ Инвест», ООО «Верный знак» и ЗАО «Горд» (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 31.03.2006 по делу № А75-3725-Г/04-860/2005, решения АС города Москвы от 26.12.2006 по делу № А40-62048/06-81-343, от 13.03.2008 по делу № А40-68771/06-81-413, от 24.11.2010 по делу № А40-140918/09-132-894, постановление ФАС Поволжского округа от 25.05.2011 по делу № А57-7487/2010).

В указанных делах суды связывали недействительность (ничтожность) спорных положений корпоративных договоров с их существенным противоречием императивным нормам российского законодательства и (или) публичному порядку. Ничтожные корпоративные договоры устанавливали противоречащие законодательству правила проведения собраний участников и принятия ими решений, положения о структуре и формировании органов управления обществ, положения о распоряжении акциями, ограничения коммерческой деятельности обществ и другие подобные положения.

Вместе с тем судебная практика в отношении корпоративных договоров не исчерпывается только негативными решениями.

Суды защищают даже пут-опционы с потестативными условиями

В 2008-2009 годах на уровне закона были закреплены положения об акционерных соглашениях и о договорах об осуществлении прав участников (акционерные соглашения были введены в законодательство федеральным законом от 03.06.2009 № 115-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и статью 30 Федерального закона «О рынке ценных бумаг», договоры об осуществлении прав участников — федеральным законом от 30.12.2008 № 312-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации»). Эти нововведения способствовали повышению лояльности судов в соответствующих спорах. Так, суды стали признавать допустимыми и исполнимыми положения корпоративных договоров, которые ранее казались возможными скорее в системе координат иностранного права.

Наиболее показательным примером такой позиции суда является недавнее решение АС Ставропольского края от 19.01.2015 № А63-9751/2014, принятое по делу с участием ОАО «Роснано».

По обстоятельствам дела три компании (ОАО «Роснано», ООО «Новые технологии» и ООО «Инженерный центр Новых Технологий») создали совместное предприятие на базе ЗАО «Эрбитек» и заключили между собой инвестиционное и акционерное соглашения.

По условиям акционерного соглашения (с учетом дополнительных соглашений к нему) ОАО «Роснано» получило право на реализацию пут-опциона (putoption) при наступлении определенных обстоятельств. В частности, ОАО «Роснано» могла потребовать от ООО «Новые технологии» выкупа всех принадлежавших ему акций ЗАО «Эрбитек» по цене вложенных инвестиций с начислением на них премии в размере 25 процентов в случае невыполнения ЗАО «Эрбитек» согласованных ключевых показателей эффективности (минимальная выручка за первое полугодие 2013 г. и пр.).

При этом в акционерном соглашении был закреплен следующий механизм реализации пут-опциона: (i) в течение 6 месяцев с момента, когда ОАО «Роснано» стало известно о наступлении обстоятельств для реализации пут-опциона, ОАО «Роснано» могло направить в ООО «Новые технологии» письменное требование о выкупе акций с указанием необходимых сведений; (ii) в течение 20 дней даты направления такого требования ООО «Новые технологии» должно было произвести предварительную оплату всей цены акций; (iii) в течение 15 дней с момента получения необходимой денежной суммы ОАО «Роснано» должно было передать акции в пользу ООО «Новые технологии» предусмотренным законом способом (путем подписания и подачи регистратору передаточного распоряжения).

Показатели эффективности не были выполнены (вместо ожидаемой выручки в объеме 36 млн. рублей ЗАО «Эрбитек» получило только 2,3 млн. рублей). В связи с этим ОАО «Роснано» привело в действие механизм пут-опциона, направив требование о выкупе акций в ООО «Новые технологии». ООО «Новые технологии» не исполнило свои обязательства по пут-опциону, и ОАО «Роснано» обратилось в суд с соответствующим требованием о принуждении к исполнению обязанности в натуре. Кроме того, ОАО «Роснано» требовало взыскать с ООО «Новые технологии» штраф за возможное неисполнение решения суда (astreinte), как это предусмотрено постановлением Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 22. Заявленный размер штрафа составил 3 млн. рублей за каждую неделю неисполнения судебного решения, начиная с даты его вступления в силу.

Несмотря на различные доводы ООО «Новые технологии» и его участника (отсутствие экономической целесообразности пут-опциона для ООО «Новые технологии», отсутствие одобрения участниками ООО «Новые технологии» акционерного соглашения как крупной сделки и др.), требования ОАО «Роснано» были удовлетворены в полном объеме.

При этом в контексте практики структурирования корпоративных договоров могут быть отмечены нижеследующие аспекты признанного судом пут-опциона.

Во-первых, как видно по судебному решению, пут-опцион был сформулирован в акционерном соглашении относительно просто: «…ОАО «Роснано» вправе потребовать у ООО «Новые Технологии» выкупить все акции…». Стороны не пытались описать пут-опцион через известные российским судам правовые понятия «пандектного шкафа», как это часто делается на практике. Так, нередко в акционерных соглашениях можно встретить де-факто пут-опционы, названные де-юре предварительными договорами, офертами или договорами под отлагательным условием. В то же время реализованная сторонами модель (фактически аналогичная моделям опционов, включаемых в акционерные соглашения по английскому праву) не вызвала у суда критики и была воспринята им как действительная. Это показывает готовность российских судов к глубокому и гибкому рассмотрению нетипичных для них договорных конструкций.

Во-вторых, по условиям пут-опциона оплата акций должна была осуществляться путем внесения аванса в размере 100 процентов их цены. Причем перечисление 100-процентного аванса называлось внесением обеспечительного платежа, засчитываемого в счет оплаты цены акций. Однако это не вызвало у суда каких-либо вопросов — фактически суд принудил ООО «Новые технологии» к внесению предоплаты по договору купли-продажи.

Теоретически могла бы быть и иная ситуация, когда продавец передал акции покупателю по передаточному распоряжению (на нем подпись покупателя не требуется) вопреки установленной соглашением очередности встречных предоставлений и потом обратился в суд за взысканием цены акций. В такой ситуации эффективное взыскание будет более вероятным в силу правил ст. 328 ГК РФ. В то же время, как видно из описательной части решения, истец еще не передал акции ответчику. В этой связи обозначенный аспект судебного решения не теряет актуальность.

Ранее суды применительно к купле-продаже часто исходили из того, что требование продавца об оплате товара до его передачи покупателю не подлежит удовлетворению (постановления ФАС Московского округа от 25.12.2013 по делу № А40-17982/13, от 09.08.2013 по делу № А40-119312/12-77-1232, ФАС Волго-Вятского округа от 29.04.2013 по делу № А39-2805/2012, ФАС Дальневосточного округа от 16.11.2012 по делу № А51-1063/2012). В контексте штрафных пут-опционов в совместных предприятиях позиция суда по делу с участием ОАО «Роснано» является положительной практикой. Ведь пут-опцион является в большей мере инструментом защиты инвестора от рисков неудачи проекта, нежели стандартным договором купли-продажи.

В-третьих, суд не стал придавать значение тому факту, что отлагательное условие для реализации пут-опциона (недостижение ЗАО «Эрбитек» ключевых показателей) было потестативным, то есть косвенным образом зависело от воли сторон акционерного соглашения (по-видимому, в больше мере от ООО «Новые технологии»).

Ранее суды в течение длительного времени рассматривали подобные условия как противоречащие ст. 157 ГК РФ независимо от их экономической составляющей (постановления ФАС Северо-Кавказского округа от 07.10.2003 по делу №Ф08-3832/2003, Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2009 по делу №А14-15079/2008/269/2, ФАС Уральского округа от 20.08.2007 по делу №Ф09-6279/07-С6). Это вызывало обоснованную критику со стороны многих практикующих юристов и теоретиков права. Однако за последние несколько лет в судебной практике (в том числе на уровне ВАС РФ) наметилась тенденция к более гибкому анализу потестативных условий и признанию их допустимыми (постановление Президиума ВАС РФ № 7454/12 от 13.11.2012, п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42). В этой связи решение АС Ставропольского края может быть рассмотрено как продолжающее указанную тенденцию, которая для совместных предприятий является особенно актуальной (в настоящее время без потеставтиных условий не обходится практически ни один корпоративный договор).

За неисполнение обязанности по голосованию на собрании можно установить неустойку

Примером положительного судебного решения, поддержавшего возможность реализации опциона по российскому праву, является решение АС Самарской области от 30.12.2010 по делу № А55-24200/2010. Рассмотренное судом дело касалось акционерного соглашения в отношении совместного предприятия на базе ЗАО «Сатурно-ТП», заключенного между его акционерами (ЗАО «Техно-Полимер» и компания «Сатурно Материе Пластике СПА», Италия). Акционерное соглашение предусматривало положения о колл-опционах (call option). В частности, каждая из сторон имела право в одностороннем порядке расторгнуть акционерное соглашение, если в отношении другой стороны будет инициирован процесс о неплатежеспособности или банкротстве. Кроме того, в таком случае сторона могла потребовать от стороны-банкрота отчуждения в свою пользу акций последней. Цена покупки акций также предусматривалась акционерным соглашением.

Поскольку предусмотренное акционерным соглашением обстоятельство (признание компании «Сатурно Материе Пластике СПА» неплатежеспособной) наступило, ЗАО «Техно-Полимер» потребовало реализации своего колл-опциона. В связи с уклонением продавца от исполнения обязательств ЗАО «Техно-Полимер» обратилось за защитой прав в суд.

Арбитражный суд Самарской области удовлетворил требования истца и привел следующее обоснование (ratiodecidendi). Согласно п. 1 ст. 157 ГК РФ стороны вправе поставить возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельств, относительно которых неизвестно, наступят они или нет, в том числе и в зависимость от неплатежеспособности или банкротства одной из сторон (наступление такого условия частично зависит от воли соответствующей стороны). При этом стороны своим соглашением могут изменить общие последствия расторжения договора, а также срок наступления таких последствий (п. 3 и п. 4 ст. 453 ГК РФ). Это может выражаться в том числе и в виде предоставления одной из сторон расторгнутого договора права на приобретение имущества другой стороны.

Как видно, приведенные доводы суда перекликаются с рассмотренным выше решением по делу с участием ОАО «Роснано». Данная практика позволяет с большей уверенностью структурировать опционы по российскому праву и включать в них отлагательные условия, косвенно зависящие от стороны соответствующего договора.

Определенный интерес представляет также постановление АС Московского округа от 29.01.2015 по делу № А40-47005/14. Оно подтвердило возможность установления в акционерном соглашении неустойки за нарушение немонетарного обязательства.

Согласно обстоятельствам данного дела, акционеры ЗАО «ТСМ К» заключили акционерное соглашение, обязывающее их письменно согласовывать друг с другом голосование по ключевым вопросам повестки дня любого собрания акционеров (увеличение уставного капитала, сокращение активов компании и т.п.). Стороны также установили, что нарушение обязательства влечет применение неустойки, рассчитываемой по определенной формуле (50 процентов активов ЗАО «ТСМ К» на момент заключения акционерного соглашения).

Акционер, нарушивший обязательство, обратился в суд с требованием о признании недействительным пункта акционерного соглашения о неустойке, но получил отказ в удовлетворении данного требования.

Подтверждение судом возможности установления в акционерном соглашении неустойки за неисполнение обязательств, связанных с голосованием на собрании акционеров, является немаловажным. Во многих случаях именно угроза неустойки может стать наиболее эффективным способом мотивации стороны корпоративного договора к выполнению принятых на себя обязательств по голосованию. Так, решение, принятое собранием акционеров с нарушением таких обязательств, по общему правилу, будет действительным. Пострадавшая сторона сможет его оспорить только в случае, если все участники общества на момент принятия решения являлись сторонами корпоративного договора (п. 6 ст. 67.2 ГК РФ). Кроме того, в силу специфики обязательств по голосованию как немонетарных, взыскание убытков для пострадавшей стороны может стать крайне затруднительным.

Ограничение прав акционеров на управление обществом больше не признается незаконным

Подтверждение правомерности включения неустойки в корпоративный договор может быть найдено в постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 20.03.2014 по делу № А45-1845/2013.

При этом данное судебное решение содержит более общие выводы относительно обязательств по голосованию, принятых сторонами договора об осуществлении прав участников общества. Так, участники общества обязались голосовать определенным образом по вопросам реорганизации общества. В дальнейшем некоторые из участников попытались оспорить заключенный договор со ссылкой на то, что он ограничивает их права на управление обществом. Суд не согласился с их доводами и прямо указал, что стороны корпоративного договора вправе принять на себя обязательства по голосованию определенным образом на собрании участников общества (такие положения никак не противоречат действующему законодательству).

Действительность обязательств по голосованию, предусмотренных корпоративным договором, также подтверждена постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2014 по делу № А73-8807/2013. Следует отметить, что в рассмотренном судом акционерном соглашении было установлено довольно сложное регулирование, включающее несколько этапов согласования позиций акционеров при голосованиях на собраниях акционеров (в том числе подписание «декларации» о голосовании, введение «моратория» на участие в собраниях акционеров при отсутствии согласованной позиции и назначение медиатора для определения обязательных для сторон вариантов голосования).

В целом приведенные судебные решения нельзя назвать неожиданными, поскольку они не разрешили каких-либо коллизий, а лишь прямо применили положения действующего корпоративного законодательства (п. 3 ст. 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», п. 1 ст. 32.1 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»).

Вместе с тем признание судами возможности в договорном порядке ограничить свободу усмотрения акционеров при осуществлении их прав на управление обществом является в некотором роде достижением для российских судов. Ранее такого рода договорные конструкции рассматривались ими крайне скептически и признавались недопустимыми (например, со ссылкой на недопустимость отказа от права или ограничения правоспособности), несмотря на то, что ст. 307 ГК РФ всегда считала негативное обязательство (воздержаться от осуществления действия) правомерным (постановление ФАС Московского округа от 03.10.2007, 10.10.2007 по делу № А40-77840/06-17-491, от 30.05.2011 по делу № А40-140918/09-132-894).

Одним из позитивных судебных решений, принятых в духе свободы договора, также является постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2015 по делу № А40-44056/13. В рассмотренном судом деле акционерное соглашением касалось правил распределения имущества банка, оставшегося после его ликвидации. По условиям акционерного соглашения имущество банка распределялось между сторонами непропорционально их долям в уставном капитале.

С таким принципом распределения имущества не согласился ликвидатор банка, посчитав, что акционерное соглашение противоречит законодательству. Суд не согласился с данным доводом и указал, что законодательство, с одной стороны, не содержит каких-либо императивных норм, запрещающих акционерам согласовать особый порядок распределения ликвидационной квоты, с другой – прямо позволяет акционерам договориться об условиях ликвидации общества. При этом суд констатировал, что акционерное соглашение не нарушает права и интересы третьих лиц и является действительным с учетом постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

Как показывают приведенные выше судебные решения, принятые судами различных регионов России, постепенно суды становятся более лояльными к корпоративным договорам. Если судебная практика в дальнейшем будет развиваться в русле рассмотренных решений, то с учетом новых правилах ГК РФ о юридических лицах и обязательствах, участники совместных предприятий смогут более уверенно структурировать свои договорные отношения по российскому праву.

В то же время следует учитывать, что многим российским судам все еще свойственен определенный формализм при толковании законодательства, что не всегда способствует справедливому разрешению споров. Примеры такого подхода встречаются и в отношении корпоративных договоров (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2014 по делу № А50-15942/2013). В этой связи при подготовке корпоративного договора важно учитывать, чтобы его положения в максимально возможной мере соответствовали буквальному толкованию корпоративного законодательства.

Журнал «Акционерный вестник» №8 за 2012 год

Акционерное соглашение – это вид гражданско-правового договора. В соответствии со статьей 32.1 Федерального закона «Об акционерных обществах» (далее – Закон об АО) акционерным соглашением признается договор об осуществлении прав, удостоверенных акциями, и (или) об особенностях осуществления прав на них. По нему стороны обязуются осуществлять определенным образом права, удостоверенные акциями, (или) на акции и (или) воздерживаться от их осуществления.

Акционерным соглашением может быть предусмотрена обязанность его сторон голосовать определенным образом на общем собрании акционеров, согласовывать вариант голосования с другими акционерами, приобретать или отчуждать ценные бумаги по заранее определенной цене и (или) при наступлении определенных обстоятельств, воздерживаться от их отчуждения до наступления определенных обстоятельств, а также осуществлять согласованно иные действия, связанные с управлением обществом, с деятельностью, реорганизацией и ликвидацией общества.

Отметим, что акционерное соглашение является обязательным только для его сторон (п. 4 ст. 32.1 Закона об АО). Это вид гражданско-правового договора. К нему применяются нормы гражданского законодательства РФ, в том числе общие положения части первой ГК РФ о сделках, договорах и обязательствах. Соответственно, условия могут связывать только его стороны.

Могут ли обстоятельства зависеть от действий сторон акционерного соглашения или третьих лиц? Обстоятельство, упоминаемое в Законе об АО, в зависимости от конкретного акционерного соглашения может выступать условием, составляющим содержание договора, или условием совершения договора. В этой связи к нему будут предъявляться соответствующие требования гражданского законодательства Российской Федерации: либо требования к условию договора, сделки, в том числе исполнению устанавливаемого ими обязательства (например к сроку – статьи 190, 314, 425 ГК РФ, цене – статья 424 ГК РФ, или встречному исполнению – статья 328 ГК РФ), либо требования к сделке, совершенной под условием (статья 157 ГК РФ).

Кто не может выступать участником акционерного соглашения? Таковым не может выступать третья сторона. Происходить это может в случаях, если наличие третьей стороны в соглашении может обернуться возникновением спора. Например, когда есть возможность заключить акционерное соглашение задним числом с целью признания недействительным решения, принятого в нарушение его условий. Сюда относятся и случаи, когда есть вероятность возникновения новых споров, затрагивающих интересы третьих лиц и создающих риски нестабильности внутреннего оборота в АО.

Акционерное соглашение может содержать защитные механизмы, которые нельзя прописать в уставе общества! В корпоративной практике зарубежных стран наиболее распространенным, эффективным и сложно преодолимым средством защиты общества от недружественных поглощений является объединение двух правовых механизмов: так называемых ступенчатого совета директоров общества и метода «отравленной пилюли». В корпоративном праве зарубежных стран они применяются путем внесения в устав АО соответствующих положений. Например, о том, что совет директоров является ступенчатым, то есть состоящим из нескольких групп (обычно трех-четырех), каждая из которых включает в себя несколько участников. Согласно уставу каждый год можно провести перевыборы только одной группы – переизбрать только несколько членов, а не весь состав совета директоров. Одну из групп акционеры и перевыбирают на своем годовом общем собрании (далее – ГОСА).

Например, структура совета директоров, состоящего из девяти членов, формируется из трех групп по три участника в каждом. В данном случае на ГОСА будут переизбраны только три члена первой группы, в следующем году – три члена второй группы, а еще через год – оставшиеся трое участников. При недружественном поглощении для получения большинства голосов в совете директоров компании-«мишени» «захватчику» придется ждать проведения как минимум следующего ГОСА. А это значит, что поглощение компании сможет произойти не раньше чем через один год.

В то же время ступенчатый совет директоров считается эффективным правовым механизмом только при соблюдении следующих условий:

  • Создание не менее трех групп членов совета директоров. Меньшее количество участников, например двух групп, приведет к переизбранию более половины членов совета директоров и установлению корпоративного контроля в обществе поглощающей компанией и, соответственно, будет способствовать самому процессу поглощения;
  • Установление запрета в уставе компании на переизбрание совета директоров, за исключением случаев нарушений советом директоров определенных условий. Отсутствие такого запрета позволит переизбрать СД по разного рода основаниям;
  • Наличие в уставе компании пункта, устанавливающего, что акционеры не имеют права увеличивать состав совета директоров. Сюда также можно включить запрет выдвижения новых кандидатов в «увеличенную» часть состава совета директоров. Увеличение состава членов совета директоров приведет к возможности установления корпоративного контроля в АО поглощающей компанией.

Императивные нормы российского законодательства не позволяют установить аналогичные положения в уставе общества. Настоящим подспорьем здесь может стать институт акционерного соглашения. Статья 32.1 Закона об АО определяет возможность акционеров заключить акционерное соглашение об осуществлении ими своих прав. Используя регламентирующие нормы, таким соглашением можно реализовать нечто схожее со ступенчатым советом директоров. Для этого необходимо включить в акционерное соглашение условия, препятствующие досрочному переизбранию совета. Отметим, что даже сам факт заключения между акционерами соглашения снижает привлекательность покупки акций общества поглощающей компанией. Ведь условия, прописанные в нем, могут воспрепятствовать достижению конечного результата захватчиками.

«Отравленной пилюлей» называется тактический прием защиты от поглощения, предполагающий выпуск ценных бумаг, которые дают их правообладателям особые «права», вступающие в силу в случае попытки недружественного поглощения (1) «Отравленная пилюля» может выдаваться акционерам как специальный бонус в форме варранта. Данный документ представляет собой ценную бумагу, предоставляющую право ее держателю на приобретение дополнительных обыкновенных именных акций общества по заранее установленной цене или со скидкой 50–70 % от рыночной цены на момент недружественного поглощения (установление скидки менее 50 % может привести к большим затратам акционеров АО на оплату размещаемых акций в случае большого объема дополнительного выпуска). Указанное право акционер сможет использовать только при наступлении конкретных условий, которые будут явно свидетельствовать о попытках недружественного поглощения общества. Одним из таких тревожных «звоночков» является скупка акций общества и приобретение более 5 % общего количества голосующих акций одним юридическим лицом.

Варранты являются своеобразными правами, закрепленными за акциями акционеров, заключивших соглашение, действующие с момента начала процедуры поглощения общества. В момент захвата общества эти права начинают действовать. Те, кто имеют эти права, за исключением акционера-захватчика, могут приобретать обыкновенные именные акции по цене ниже рыночной. В рамках данного механизма руководитель общества осуществляет государственную регистрацию дополнительного выпуска ценных бумаг. Учитывая, что количество акций компании-«мишени» резко увеличивается, это позволяет «размыть» пакет акций, скупленный акционером-захватчиком. Чтобы оперативно воспользоваться подобным механизмом, необходимо внести в устав общества положения о достаточном количестве объявленных акций. Решение о размещении ценных бумаг может принять совет директоров, если в уставе общества за ним закреплено такое право. При использовании «отравленной пилюли», кроме дополнительного выпуска ценных бумаг, как раз требуется еще и предварительное заключение акционерного соглашения, в котором должны быть оговорены условия размещения бумаг в случае начала захвата общества.

Также в рамках данного защитного механизма в устав компании можно внести положение, по которому совет директоров получает право на выпуск привилегированных акций, обладающих определенным набором прав. Иными словами, совет директоров получает право по своему усмотрению устанавливать коэффициент конвертации привилегированных акций в обыкновенные и возможность получения этими акциями права голоса на общих собраниях акционеров. Тогда совету директоров даже не потребуется специального согласия акционеров для запуска механизма «отравленной пилюли».

При объединении описанных выше защитных механизмов «отравленная пилюля» будет блокировать скупку акций общества, а ступенчатый совет директоров заставит захватчика приложить немало усилий для того, чтобы выиграть как минимум одно голосование на общем собрании акционеров и получить большинство в совете директоров. Таким образом, процесс установления корпоративного контроля над обществом со стороны захватчика может растянуться минимум на один год. Столь длительное ожидание значительно увеличивает финансовые риски захватчика и делает менее привлекательным для него общество.

Необходимо помнить и то, что согласно п. 3 ст. 11 Закона об АО устав может ограничивать количество акций, принадлежащих одному акционеру, их суммарную номинальную стоимость, а также максимальное число голосов, предоставляемых одному акционеру. Вместе с тем, с учетом того что устав общества является документом, с которым может ознакомиться как его любой акционер, так и работник, то целесообразней с точки зрения защиты прав акционеров включать вышеуказанные условия в акционерное соглашение. Это может обеспечить сохранение контроля в руках действующих участников общества и свести к минимуму возможность захвата.

Акционерное соглашение способно помочь и в урегулировании внутренних споров общества, возникающих между его участниками. Когда в обществе возникает внутренний конфликт, его стороны чаще всего обращаются к таким способам урегулирования корпоративных споров, как досудебный и судебный порядок. Но это зачастую требует значительных временных и денежных затрат. Альтернативой в этом случае может быть использование медиации.

Данный правовой институт является относительно новым. Он был введен в российское законодательство с 1 января 2011 года Федеральным законом от 27.07.2010 № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» (далее – Закон о медиации).

Для понимания, что такое медиация, обратимся к понятийному аппарату данного института (ст. 2 Закона о медиации).

Процедура медиации – способ урегулирования споров при содействии медиатора на основе добровольного согласия сторон в целях достижения ими взаимоприемлемого решения.

Медиатор (медиаторы) – независимое (-ые) физическое (-ие) лицо (-а), привлекаемое сторонами в качестве посредника в урегулировании спора для содействия в выработке сторонами решения по существу спора.

Соглашение о применении процедуры медиации – соглашение сторон, заключенное в письменной форме до возникновения спора или споров (медиативная оговорка) либо после его или их возникновения, об урегулировании с применением процедуры медиации спора или споров, которые возникли или могут возникнуть между сторонами в связи с каким-либо конкретным правоотношением.

Для возможности использования обществом медиативной оговорки необходимо соответствие акционерного соглашения требованиям, предъявляемым Законом о медиации. Соглашение о проведении процедуры медиации заключается в письменной форме и должно содержать сведения:

  • о предмете спора;
  • о медиаторе, медиаторах или об организации, осуществляющей деятельность по обеспечению проведения процедуры медиации;
  • о порядке проведения процедуры медиации;
  • об условиях участия сторон в расходах, связанных с проведением процедуры медиации;
  • о сроках проведения процедуры медиации.

Институт медиации, на наш взгляд, является примирительным механизмом, позволяющим акционерам не только в сжатые сроки и безболезненно прийти к единому решению спорных вопросов, но также нивелировать сам конфликт.

Версия для печати

Иван Иванов

В международной практике использование акционерного соглашения — достаточно распространенная практика, которую с успехом применяют корпорации различного уровня.

Наличие этого документа помогает регулировать жизненно важные вопросы предприятия, избежать множества конфликтов и разногласий.

Кроме этого, его с успехом применяют для внесения ясности в отношения корпорации и государства.

Понятийный аппарат

Акционерное соглашение — это вид гражданско-правового договора, который на основании ст. 32.1 Федерального закона «Об акционерных обществах» от 26.12.1995 № 208-ФЗ касается осуществления прав, удостоверенных акциями, и особенностей применения этих прав.

Исходя из этого документа, участники договоренности обязуются использовать права на акции или не применять их.

Акционерное соглашение регулирует взаимоотношения между мажоритарными и миноритарными акционерами, обеспечивая защиту небольшим вкладчикам при выводе из общества держателей основных пакетов.

Такой документ обеспечивает установление контроля над деятельностью предприятия и наличие большего количества прав, нежели их гарантируют акции.

Данная договоренность может иметь весомое значение, так как в ней допустимо прописывать пункты, не отраженные в Уставе общества.

Назначение документа – защита прав и интересов каждого отдельного участника и предприятия в целом.

Он обеспечивает формирование:

  • правил безболезненного выхода из общества крупных акционеров;
  • вариантов переизбрания совета директоров в полном составе за один год, даже если управленческий состав имеет ступенчатую основу и по Уставу допустима замена только одной ступени;
  • правил управления предприятием, контроля акаций и распределения прибыли.

Нормативно-правовое регулирование

С одной стороны, процесс формирования соглашения между акционерами не имеет четкого законодательного регулирования.

В частности, нет указаний относительно его пунктов, размера штрафных санкций и условных сделок, выполненных на его основании.

В Федеральном законе «Об акционерных обществах» от 26.12.1995 № 208-ФЗ нет определения в отношении формирования документа между акционерами до зачисления на лицевой счет акций, между вкладчиками и акционерным обществом.

Но с другой стороны, документ регулируется Гражданским кодеком РФ, а именно ч. 1, которая касается сделок, договоров и обязательств, из чего следует, что условия соглашения налагают определенные обязательства на тех, кто его заключил.

Виды и характер участников

Все рассматриваемые договора можно условно разделить на 3 группы:

  1. Соглашения, заключаемые инвесторами, которые владеют примерно одинаковыми пакетами и формируют документы по финансированию предприятия, распределению прибыли и порядку управления.
  2. Договора между вкладчиками-миноритариями, не владеющими пакетами ценных бумаг, которые хотят защитить свои интересы и увеличить объем влияния в принятии жизненно важных для деятельности общества решений.
  3. Договора мажоритариев, то есть вкладчиков, контролирующих основной процент существующих акций, с целью увеличения влияния в управлении компанией.

Такая группировка по интересам указывает на возможность заключения договора с отдельными участниками общества и создания единого документа между всеми ветвями правления.

Следует помнить, что если в создании договора принимают участие отдельные стороны правления или инвесторы, то и вопросы допустимо решать на основании договоренности в пределах их долей в уставном капитале.

При этом количество сторон, принимающих участие в подписании документа, не ограничивается.

Третье лицо, не имеющее отношения к предприятию, не имеет права заключать договор.

Что касается общества, то оно вправе участвовать в договоре, соблюдая при этом ограничения, установленные законодательством.

Например, общество не вправе голосовать или получать дивиденды, на что указывает малое количество оснований для его участия в соглашении.

Какие вопросы регулирует акционерное соглашение

Соглашение может регулировать самые разнообразные вопросы, и их характер зависит от стадии развития на тот момент самого общества.

Например, если предприятие только создается, тогда соглашение должно рассматривать следующие вопросы:

  • инвестирование для дальнейшего роста компании;
  • стратегия развития;
  • условие проведения голосования;
  • порядок избрания участников правления;
  • порядок распределения дивидендов;
  • правила выхода участников;
  • порядок отчуждения акций (во избежание их попадания в руки конкурентов);
  • правила борьбы с конкурентами;
  • условия преобразования общества, в том числе и его ликвидацию;
  • порядок раздела имущества после полного прекращения существования общества.

После открытия и успешного развития предприятия соглашение формируется также на основании существования подобного условия в Уставе.

Как обеспечивается исполнение договоренности

После составления договора необходимо уведомить предприятие о его существовании. При этом раскрывать существующие пункты в нем не обязательно.

Для предприятия, как и для третьего лица, соблюдение его требований не предусмотрено.

Третьему лицу, которому может попасть в руки большое количество акций, также не требуется соблюдать условия соглашения.

Соглашение является гибким инструментом управления для предприятия, так как оно полностью конфиденциально и не требует регистрации, как Устав.

Кроме этого, документ может служить основанием для решения многих вопросов, не урегулированных законодательством.

В 2009 году в федеральные законы («О рынке ценных бумаг» и «Об акционерных обществах») были внесены изменения (см. Федеральный закон от 03.06.2009 № 115-ФЗ «О внесении изменений…»).

На основании данных поправок существует утвержденная на законодательном уровне структура акционерного соглашения.

Требования к составлению документа

В процессе составления документа необходимо учитывать, что:

  1. Его пункты не должны противоречить корпоративной этике и Уставу как основному регулятору внутреннего порядка предприятия.
  2. Акционерное соглашение формируется как единый документ на основании предъявляемых требований к заключению сделки. Его нельзя формировать в качестве акцепта или считать договоренность заключенной через переписку или по умолчанию.
  3. Сторонами договоренности могут быть только держатели акций. Третье лицо, приобретшее акции, не может стать автоматически одним из участников соглашения.
  4. Внесение поправок в документ возможно только по причине изменения состава акционеров или структуры общества, а также направления его деятельности.

Акционерное соглашение между держателями акций должно быть сформировано письменно, представлять из себя отдельный документ и быть подписанным всеми сторонами. Документы для скачивания (бесплатно)

Создание акционерного соглашения в России является новшеством, несмотря на распространенную практику его применения в иных странах мира.

Оно обеспечивает исполнение многих обязанностей и защиту прав, а также дает возможности высветить и уточнить разнообразные детали сотрудничества, которые не учитываются при составлении Устава.

Записи созданы 8837

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх