Крымчане о России отзывы

Автор Редакция рубрики «Политика» Обновлено: 18.03.2017 18:10 Опубликовано: 18.03.2017 09:05 Политика » Власть

В обращении к Федеральному собранию 18 марта 2014 года президент РФ Владимир Путин заявил: «Достаточно знать историю Крыма, знать, что значила и значит Россия для Крыма и Крым для России». В тот же день глава государства подписал договор о принятии Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации.

Жители столицы о воссоединении Крыма с Россией

Прошло три года — «уже» и «всего лишь». Понятно, что к годовщине референдума и договора о воссоединении появляется масса разного рода заявлений.

Вот, например, взгляд из Украины, от публициста Ольги Волошиной: «Согласно экономическим показателям самой РФ, у них 75 процентов разрушения инфраструктуры. Я хочу напомнить, что 75 процентов в Европе — это последствия Второй мировой войны… В России исчезают города… Они не справятся в изоляции, не справятся без мира. Поэтому РФ будет деградировать, денег будет всё меньше. Рано или поздно они будут менять Крым на еду, как в свое время Советский Союз времен Горбачёва обменял на еду Восточную Германию». Как видим, некоторые вещи остаются неизменными — например, параллельная реальность некоторых украинских публицистов.

Периодически возникают вариации на тему «а как бы Крым на что-нибудь обменять». Одну из таковых в минувший четверг прокомментировал пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, который категорически отверг возможность проведения второго референдума в обмен на снятие американских санкций с нашей страны. По словам Пескова, об этом не может быть и речи.

А что сами крымчане думают о воссоединении с Россией? И США с Евросоюзом санкции наложили, и Украина каких только блокад не придумала — может, добились хоть чего-то? Вот что «Правде.Ру» рассказали жители Крыма и Севастополя.

Анна Цысарь, председатель регионального отделения Общероссйиской общественной организации «Дети войны» (г. Севастополь):

— Мы все-таки дома. За все 25 лет «независимой Украины» из Крыма только тянули, только строили свои коттеджи, застраивали всё побережье. Никто ничего не соблюдал, не вкладывалось ничего. Я не могу сказать, что всё-всё у нас хорошо, понятно, что сейчас не времена СССР, уже и Россия другая, и мы живем теперь в совершенно другой социальной сфере.

У нас много проблем в здравоохранении, в социальной сфере, с инфраструктурой нужно много работать. Ведь Севастополь где-то 30 лет назад был чистейший и красивейший европейский город. За 25 лет в составе Украины мы просто стали помойкой, и всёэто за три года, конечно, исправить невозможно.

Но самое главное, самое важное, я считаю, что у нас мир, что мы дома, что у нас есть политическая, экономическая стабильность. Я думаю, что мы еще доживем до того времени, когда построится мост, и у нас будет вообще все прекрасно.

Я считаю, что Севастополь — сын России по крови. У нас каждый камень полит в Севастополе кровью. Поэтому Севастополь и Россия — единое и не может быть по-другому. Я из Украины, я украинскую школу закончила, на украинском языке. У меня муж из Украины. Но как же не могут понять люди, что мы едины. Мы дерево одного корня. Я говорю, Господь нам даровал единый корень, триаду сотворить позволил, чтобы Россия, Белоруссия и Украина остались на века едины. Мы едины. И если люди на Украине этого не поймут, я не думаю, что им от этого будет лучше.

Рустем Казаков, сопредседатель ОНФ в Республике Крым, тренер по греко-римской борьбе, олимпийский чемпион:

— Очень много строят домов, инфраструктуру делают довольно интересно и красиво. Вообще, народ доволен тем, что мы присоединились к России. И посмотрите, что творится сейчас на Украине. И глядя на это всё, мы думаем: нам просто Бог помог, что мы вовремя оказались в составе России. Я сам работаю тренером по борьбе в училище Олимпийского резерва. Сейчас у нас новое общежитие будут строить. Мы даже и не мечтали, и не думали. Будет стадион строиться здесь, будет прекрасный спортивный зал. Большинство в Крыму, 99 процентов, рады тому, что мы присоединились к России.

Екатерина Стёжка, координатор Ассоциации студенческих спортивных клубов в Крыму:

— Довольно-таки много изменений уже произошло. Конечно, это связано с тем, что очень много финансовых средств сейчас вкладывается в регион, в том числе в развитие массового студенческого спорта. В целом, крымчане очень довольны сложившейся ситуацией, тем, что их волеизъявление учли. Нам казалось, воссоединение с Россией — это что-то такое заоблачное, это никогда не произойдет. Конечно, это как сбывшаяся мечта у крымчан.

Единственное — пока еще зарплаты немножко не соответствуют ценам. Но динамика видна, потому что вначале было хуже, когда еще не могли сообразить, какие должны быть цены, зарплаты. Сейчас уже и повыше зарплаты стали, то есть уже полегче, чем вначале было.

У меня остались друзья в Киеве, но мы подробно возвращение на Украину не обсуждали. Лично моя позиция, Крым — Россия, и я думаю, не сможет Киев вернуть себе Крым.

Андрей Трофимов, председатель Союза журналистов Республики Крым:

— Я «Крымскую весну» встречал в статусе члена правления Союза журналистов Украины, постоянно ездил в Киев на заседания союза, прилагал максимум усилий, чтобы не было принято решение о политической поддержке Майдана со стороны Союза журналистов Украины. К сожалению, мое вето преодолели украинские коллеги и, в конце концов, приняли решение о том, что Майдан необходимо поддержать. И, к большому сожалению, украинские журналисты стали непосредственными участниками вооруженного захвата власти. Они перестали быть, по большому счету, объективными и всесторонними информаторами общества, а стали реально солдатами этого переворота. Ну а совсем уже таким крайним элементом стала моя встреча прямо в здании Союза журналистов Украины на Крещатике с Ярошем, который возглавляет «Правый сектор», запрещенный в нашей стране. Я тогда прекрасно понял, что это своего рода точка невозврата. Пошел, посмотрел на это всё, на Майдан, вернулся домой и понял, что нам надо здесь делать всё чтобы не допустить этой заразы к нам в Крым.

Чего мы сейчас ждем? Главное, конечно, строительство моста. Потому что сейчас Крым — все-таки практически остров, снабжение идет по островному типу. Будет мост, будет намного легче реализовывать инвестиционные проекты, легче будет адаптироваться Крыму.

Ждем развития Крыма как круглогодичного курортного центра. Второе направление — реанимация сельского хозяйства. Только нужно думать, что тут выращивать, а не так тупо и безмозгло, как это было при Украине, когда одно зерно сеяли. Здесь можно великолепно развивать то, что было раньше, еще в 30-е годы. Крым же был лидером по табаководству. Здесь выращивали тутовый шелкопряд, который китайцы забирали влёт. Виноградарство, виноделие, фруктовые сады. То есть всё то, что потенциально здесь будет приносить намного больший экономический доход, нежели выращивание зерна.

Мы прекрасно понимаем, что единомоментно это всё изменить невозможно. Но если опросить людей на улицах, это очень хороший срез, показатель того, что люди живут с определенной стабильностью. Они могут планировать свой отдых, поездки, свои покупки. И я думаю, что если бы проводился референдум сейчас, то не было бы катастрофических разрывов в показателях. Люди всегда чувствовали себя в Крыму неотъемлемой частью русского культурного пространства, и сама по себе адаптация проходит несложно — мы говорим на одном языке, думаем на одном языке, мы по своей сути, если генетически, те же самые люди. Нам не нужно притворяться или как-то себя ломать.

Олег Свешников, председатель крымского отделения Ассоциации молодых предпринимателей:

— Однозначно праздничные дни сейчас, это даже не обсуждается. Словами сложно передать те эмоции, которые возникают от самого этого факта. Жизнь крымчан изменилась, как мы считаем, в лучшую сторону. Есть положительные тенденции в строительной, бюджетной, торговой сферах. Появилось больше финансовых возможностей у крымских предпринимателей.

Понятно, есть некоторые отрасли, которые были завязаны на работе с Украиной. Кто сумел перестроиться, тот сумел перестроиться, кто не сумел — не сумел. Но в целом бюджет Крыма увеличился как минимум в 2,5 раза, а это деньги опосредованно, но оседают в карманах крымчан, путем государственных контрактов, заказов и т. д. Коррупции стало меньше, порядка стало больше.

Единственное, что этот переход, безусловно, не совсем гладкий, потому что знание законодательной базы РФ и эти нормы переходных положений, действующие сейчас, когда у нас одновременно действуют старые украинские бумаги и новые российские, — приходится немножечко подстраиваться. Мы думали, что переходный период будет завершен до 1 января 2017 года, это не удалось в силу объективных причин, сложно было оценить три года назад, сколько он займет времени, пришлось продлить до 1 января 2019 года. У нас будет хождение двойных документов: и украинские будут действительны, и российские. А в целом всё очень хорошо.

В марте 2014 года жизнь в Крыму сильно изменилась. Вместо «жовто-блакитного» в моду вошел российский триколор, постепенно гривны сменились рублями, а столицей стала Москва, а не Киев.

Рассмотрим, как и в какую сторону за 5 лет изменилась жизнь в Крыму после присоединения к России для простых крымчан с приходом новой страны и новой власти. Ведь, как известно, именно народ меньше всего выигрывает от смены правления. Перемены в Крыму можно оценивать с разных сторон. И посмотрев с каждой можно увидеть свои плюсы и минусы.

Переход в Россию Крым встретил с энтузиазмом. На референдуме за присоединение к ней проголосовало около 97%.

Посмотрим, что изменилось за 5 лет. По результатам опроса, проведенного в нашей группе Вконтакте перед выходом этой статьи, только 43% считают, что их жизнь в российском Крыму улучшилась. 29% считают, что она стала хуже, а еще 28% перемен не заметили. Участие в опросе принял 82 человека.

А теперь копнем глубже и вспомним, как Крым жил до марта 2014 года и сравним с тем, как он живет сейчас.

Плюсы перехода Крыма в Россию

1) Безусловный плюс – мирное небо над головой. Крыму удалось избежать донецко–луганского сценария – хаоса войны, разрушений и смертей.

2) Уверенность в завтрашнем дне. Ведь мы теперь живем в крупном, самодостаточном государстве.

3) Развитие инфраструктуры. На полуострове началось глобальное строительство – дороги, мосты, аэропорты, жилье.

4) Право разговаривать на родном языке и сохранить свою культуру.

5) Сохранение законности и порядка.

Присоединение к России имеет не только положительные, но и отрицательные стороны. И дело даже не в разжигании межнацио- нальных конфликтов отдельными личностями из-за границы. Или в создании искусстенных проблем для общения и торговли с Украиной. Далеко не для всех переход в Россию улучшил жилищные, материальные или экологические условия.

Минусы присоединения Крыма к России

1. Смена руководства. Раньше мы терпели захваты южнобережных красот украинскими олигархами. Теперь это делают местные «пророссийские» и понаехавшие материковые миллиардеры. В чем это выражается?

Крым еще больше оброс заборами и элитными домами в прибрежной зоне. Достаточно вспомнить окрестности Кастрополя, где закрыли не только территорию, но даже вид на нее с Южнобережного шоссе. Скоро весь ЮБК можно будет увидеть только с гор.

2. Ограниченность и невосполнимость собственных ресурсов. Развитие инфраструктуры идет на фоне полной разрухи, происходившей с развала СССР. А также после событий 2014-2015 годов, когда полуостров лишился света, воды и удобного транспортного сообщения.

В 2015 году Крым пережил энергетический «блэкаут». Проблемы со светом поначалу решили прокладкой энергомоста из Кубани по дну пролива. А затем начали строить свои ТЭЦ (Таврическую и Балаклавскую). В 2019 году они были запущены, обеспечив полную энергетическую независимость Крыма.

Решить проблему с водой после перекрытия Северо-Крымского канала решить не удалось и сейчас. И вряд ли удастся. Предлагались десятки проектов, некоторые из которых поразили бы даже писателей-фантастов.

Напомню, что днепровская вода питала засушливые регионы севера, запада и востока Крыма. С ее уходом началось глобальное бурение и использование скважин, что ведет к их минерализации и увеличению солености воды. В регионе перестали выращивать рисовые культуры, требующие больших запасов воды.

Весь север теперь держится на крупных предприятиях – «КрымСода», «Бром», «Титан». Но в 2018 году нехватка воды привела к высыханию кислотонакопителя около Армянска и большому шуму вокруг этого события.

3) Реформы в самой России.

Уверенность в завтрашнем дне немного улетучивается при взгляде на принимаемые в стране реформы:

• Увеличение пенсионного возраста (сразу после президентских выборов).

• Контроль за интернетом и социальными сетями, по соображениям безопасности, который попутно ограничивает свободу слова и тайну переписки, прописанные в Конституции.

• Свежий закон «Клишаса» – о запрете оскорблений власти.

Главное, чтобы усиление вертикали власти и механизмов контроля не привело к строительству диктатуры.

А теперь рассмотрим жизнь в Крыму после присоединения к России в 2014 году в разрезе конкретных сфер.

Инфраструктура

Самые заметные положительные перемены в Крыму произошли на уровне инфраструктуры. За 5 лет Крым получил:

  • Отремонтированные дороги;

  • Крымский мост через Керченский пролив;

  • Новый аэропорт «Симферополь»;

  • Строится трасса «Таврида».

Теперь рассмотрим эти достижения под другим углом.

Новые дороги почему-то разваливаются через год-два. Да и обилие фур, перевозящих вместо поездов товары и те же самые строительные материалы, создает на асфальте эффект волны.

Открытие моста, как и до этого переправа, создает чрезмерную нагрузку на дорогу до Керчи и огромные пробки, решить которые должна как раз «Таврида». Сезон начинается, вот и посмотрим.

Новый терминал – это хорошо. Наш аэропорт загружен работой, создаются новые рабочие места – прекрасно. В 2013 году им воспользовалось 1 млн 204 тыс. человек. С 2015 года эта цифра постоянно переходит рубеж в 5 млн. Но. Прежде аэропорт был международным. Отсюда летали рейсы в Стамбул, во Франкфурт. Теперь международным он остается только в названии, а чтобы улететь в тот же Стамбул нужно сильно переплачивать и лететь с пересадкой, например, через Москву. Да и стоимость перелетов в Крым из городов России порой даже выше, чем полеты в Турцию (а это уже другая страна)!

Экономика

После перехода Крыма в Россию мы еще некоторое время пользовались преимуществами сразу 2 стран. Гривна вышла из обращения только в июне (почти через 3 месяца после референдума). В это время её курс к рублю был выгодным, и мы оказались в плюсе. Недорогие машины из России, рост зарплат и пенсий. У многих (например, медиков, чиновников) появились даже стимулирующие прибавки к зарплате.

В Крым массово стали переезжать с материка, надеясь на выгодные условия жизни и получение дохода, аналогичного курортам Сочи, но в новом регионе. Причем приезжать стали как обеспеченные жители двух столиц, так и многочисленные выходцы из средней Азии.

Но вскоре Украина перекрыла автомобильную и ж/д границы с Крымом, ограничив въезд-выезд людей и доставку товаров на полуостров. Нарушились установившиеся годами рыночные отношения и каналы поставок. Доставка товаров стала возможной только через Керченскую переправу, что усложнило логистику и взвинтило цены.

Как заявляла власть, строительство моста должно решить эту проблему. Но он уже год как построен, а цены не падают. Теперь она же говорит, что проблему высоких цен решит железнодорожный мост. А вы в это верите?

И закрутившийся маховик проблем уже через полгода стал возвращать всё на круги своя. У многих исчезли «стимулирующие» прибавки. Стоимость товаров и услуг стала расти. Из-за наплыва обеспеченных жителей из двух столиц подорожало жилье (и до сих пор цены на недвижимость в Крыму держатся на уровне Москвы).

Самым серьезным даром для Крыма стали западные санкции: все крупные западные фирмы ушли из полуострова (например, Booking). Google закрыл в Крыму доступ к своим сервисам, ненадолго даже переставали работать карты Visa и Mastercard. Мировая общественность за 5 лет почти не признала факт переезда Крыма в Россию.

На место западных брендов могли бы зайти российские фирмы, но этого не произошло. В выборе между возможностью получить новый рынок в Крыму и потерять огромные точки сбыта по всей Европе ожидаемо перевесило второе. Фактически полуостров напоминает СССР в миниатюре, когда ничего западного у нас официально нет, а своё тоже в дефиците.

Прошло уже 5 лет, а на полуострове до сих пор действуют только местные операторы мобильной связи. Нет Сбербанка и Тинькоффа, потому отдыхающим из России приходится пользоваться его крымскими аналогами, о которых на материке никто и не знает. Кстати, в Москве только 2 офиса РНКБ, а в Санкт-Петербурге первый открыли только в 2019 году. Генбанк имеет 2 банкомата в Москве и 1 в Краснодаре. Вдобавок многие крымские банки за 5 лет прогорели или были на грани (тот же Генбанк) и теперь выбор сводится всего к 7 вариантам.

Критические перемены произошли во многих сферах деятельности. Так, почти заглохла IT-сфера в Крыму – многие компании переехали на материк (в Россию или Украину). На полуострове умер профессиональный футбол: вместо 2 клубов в высшей лиге Украины мы получили непризнанный никем чемпионат Крыма.

Западные санкции сильно просадили рубль, который осенью 2014 года за несколько дней подешевел к доллару почти в 2,5 раза – с 30 рублей за доллар до 80. Потом, правда, вырос до 60.

Но реальная покупательская способность крымчан упала вдвое, а ведь цены продолжали расти, ухудшая жизнь в Крыму после присоединения к России.

Сельское хозяйство

После начала «периода засухи» крымские аграрии переориентировались на выращивание новых культур. И в 2017 году был собран рекордный в текущем десятилетии урожай ранних зерновых – 1,733 млн тонн. В 2018 году из-за аномальной засухи этот показатель сократился вдвое. При этом была налажена отправка части зерна в Сирию (примерно четверть урожая).

В 2019 году вновь ожидается хороший урожай.

Транспорт и горючее

После перехода в Россию тысячи крымчан отправились в соседний Краснодарский край за дешевыми (по украинским меркам) машинами. Машин стало больше, а ширина улиц не изменилась. Вдобавок, культура вождения не выросла. Да и отсутствие парковок создаёт дополнительные проблемы.

Как итог, пробки стали привычными, припаркованные на тротуарах и траве машины – тоже. На улицах появились эвакуаторы, насчет пользы которых складывается весьма неоднозначное мнение.

Из-за смены поставщиков и обесценивая рубля изменилась и цена на топливо для машин. В 2015 году бензин А-98 стоил около 38 рублей, но весной 2018 года цены резко выросли и теперь они держатся на уровне 50 рублей (а недавно была и еще выше). Цены на бензин и дизель в Крыму выше, чем в целом по стране. Вдобавок случались и перебои с его поставкой в регион. Содержать машину в Крыму постепенно становится роскошью.

Рост цен на топливо логично привел к подорожанию проезда (в междугороднем транспорте весной минувшего года он вырос примерно на 30%). Проезд в маршрутках в Симферополе вырос с 2014 года на 7 рублей (на 70%). А зарплаты в регионе так быстро не растут или растут не у всех.

С другой стороны в городах становится все больше крупногабаритных маршруток с исправными тормозами, кондиционерами и опрятными салонами. Растет и культура водителей.

В Севастополе создали возможность оплачивать проезд картами. Но отменили оплату при выходе, бывшую фирменным отличием города-героя.

Цены

Крымчане столкнулись с тем, что постоянно растут цены на бензин или проезд, коммунальные платежи (стабильно дважды в год), которые приводят под средние в ЮФО, дорожают продукты и предметы первой необходимости. А ведь многие еще и снимают «драгоценное» жилье.

Прожиточный минимум на полуострове для пенсионеров составляет 8510 рублей, при пенсии в 8560 руб. При этом 85 484 человек все еще получают пенсию меньше минимальной.

Средняя зарплата на полуострове составляет около 29 000 рублей (надо сказать, что значительная часть населения при этом получает оклады ниже 20 000 руб). В Севастополе – чуть выше. Минимальная зарплата – 11 280 руб, всего на 236 рублей выше прожиточного минимума.

На такую зарплату и пенсию довольно трудно жить хорошо.

Туризм

Туристическая сфера – ключевая для полуострова. Ежегодно власти рапортуют об увеличении турпотока. При этом инфраструктура полуострова (его пляжи и курорты) в большинстве своем остаётся изношенной и разрушается на глазах. Например, месяц назад развалился причал в Мисхоре, а ситуация с набережной Алупки и канализацией в Коктебеле уже давно оставляют желать лучшего. Как и соотношение «сервис-цена» по мнению отдыхающих.

На набережных и в городах с приходом России начался снос несанкционированных строений на расстоянии до 100 метров от набережной (хотя многие отели все еще стоят на месте и даже строятся новые). Многие пляжи вновь стали доступными.

Однако лакомые уголки полуострова постоянно закрываются высокими заборами. Так, в 2018 году был закрыт мыс Сарыч, а в 2019 году сократилась доступная простому люду территория на Батилимане.

В городах начали бороться со стихийной торговлей.

Так, в 2017 году, преобразился вид площади Амет-хана Султана в Симферополе.

Особенно приятным стала очистка 2 года назад плато Ай-Петри от стихийных рынков и шалманов.

Хотя выполненный там ремонт превратил вершину в царство плитки и асфальта. А торговцы на плато сохранились, но в намного меньших масштабах.

Частично эти работы проводились в связи с переходом крымских заповедников в федеральное подчинение. Но определение их границ вызывает большие сложности уже несколько лет.

Власть

Характерная особенность крымской власти в том, что после увольнения многие руководители высшего звена оказываются за решеткой по обвинению в коррупции (отличились мэры Красноперекопска, Евпатории, Судака, Ялты, Керчи, Феодосии, Симферополя). А потом мы удивляемся, откуда у нас появляются новые гостиницы в 100-метровой прибрежной охранной зоне, почему проваливается плитка после ремонта в центре города или тратятся чрезмерные суммы на реконструкции, строительные работы и сомнительные услуги.

С другой стороны уже несколько лет проводится Ялтинский международный экономический форум, который помогает привлекать зарубежные инвестиции в разные сферы полуострова.

Так изменилась жизнь в Крыму после присоединения к России. Может мы что-то упустили, но суть сохранилась. И пусть каждый из вас решит, стало ли лучше жить на полуострове.

Андрей Минеев

Александр Олещук, генеральный директор Феодосийского музея денег:

Что было обещано три года назад — не выполняется. Например, обещания по зарплате. Мы живем в иллюзорном мире: говорят, средняя зарплата по Крыму — 25 тысяч рублей, а нам бы хоть 15 тысяч получать.

Мои знакомые, владевшие магазином, сейчас вышли на пенсию. Если бы не имели за душой денег, просто не смогли бы выжить на пенсию в 6500 рублей. При музее у меня есть комиссионный магазин. Сейчас многие пенсионеры приносят вещи, чтобы получить хоть какие-то деньги. Они на грани выживания.

Все скучают по качественным продуктам — я покупаю их только на рынке или если мне известен крымский производитель. Московские товары очень дорогие и некачественные.

Каждый квартал увеличивают тарифы на свет. Природного газа не хватало и в украинском Крыму. А сейчас часть газа идет на выработку электроэнергии, и если ты тратишь больше 600 киловатт, платишь по двойному тарифу. Раньше можно было спокойно принимать ванну, а сейчас десять раз подумаешь, потому что цены на воду взвинчены. А ее к тому же периодически отключают. Я, достаточно обеспеченный человек, ощущаю, что коммунальные платежи становятся для меня тяжелым бременем.

Все в ожидании новых налогов. Люди очень недовольны налогом на капремонт зданий — это чистой воды развод.

В год экологии нашу Феодосию превращают в перевалку для сыпучих бетонных смесей. Карьеры разрабатывают в заповедных местах — нет никакой управы на этих людей!

Большинство людей замкнулись в себе, они боятся. Постоянно слышишь отовсюду: кто-то эсэмэску переслал — его посадили, кто-то сделал репост — значит, тоже тобой будут заниматься. При Украине такого не было. Ты мог говорить про Януковича что угодно и как угодно.

Я был противником референдума, я на него не пошел. И сейчас многие мои знакомые, которые тоже не ходили, сожалеют, что не проголосовали тогда против соединения с Россией.

Но мы не упали духом. Несмотря на то что мой музей закрыт, мы держимся. Нам расторгли договор об аренде помещения под музей из-за бюрократических проволочек. В Украине не было частного музея как учреждения, а в России есть. И я никак не мог перезаключить договор аренды из-за незнания закона. Но сейчас я разобрался, был в мэрии, где нам обещают новое помещение. Надеюсь, у нашего музея будет вторая жизнь. Нам обещают поддержку.

Что говорил год назад:

Административный ресурс Крыма был не готов к тому объему работы, с которым пришлось столкнуться из-за переоформления документов под российское законодательство, поэтому мы до сих пор не открылись после прошлого сезона. С другой стороны, Лаборатория музейного проектирования включила наш музей в пятерку лучших в России. Нами вообще очень сильно заинтересовались, потому что у нас представлено много памятников нумизматики, свидетельствующих о крымско-российских отношениях, и наш музей оказался «духовной скрепой» из-за своей уникальной коллекции монет. Нам приходится реконструировать стенды, потому что раньше мы выставляли монеты не только Крыма, но и Украины, Австро-Венгрии, Чехословакии. Сейчас они оказались никому не нужными и не интересными.

На референдум ни я, ни моя семья не ходили. И вообще, если честно, я придерживаюсь проукраинской позиции. Но для меня большим авторитетом является Владимир Вернадский, который создал в Симферополе университет вопреки всем перипетиям, когда Крым находился то под немецкой оккупацией, то под властью Временного правительства, то Соломона Крыма, то деникинцев, то большевиков во главе с Фрунзе. Мы, как научное и культурное подразделение, поставили перед собой задачу сохранить все наши фонды и проводить свою просветительскую политику независимо от тех властей, с которыми приходится работать.

Мы стремимся к тому, чтобы музей был автономным и независимым. Чтобы, кто бы ни был у власти, он пришел и увидел нашу качественную работу и поспособствовал ее развитию. Я оптимист, поэтому с боевым настроем буду бороться со всеми сложностями.

Олег Зубков, директор зоопарка «Сказка» и парка львов «Тайган»:

Ничего хорошего я не могу сказать о современном Крыме. У нас урезают свободы — не осталось независимой прессы. Все свободные журналисты уехали из Крыма, им на смену приехали люди с материка, которые по заказу Аксенова могут из любого сделать негодяя за неделю. Из-за Аксенова у крымчан страдает впечатление о России, которая не вмешивается в дела Крыма. Грустно все это.

Аксенов лютует, вводит свою диктатуру, свое понимание демократии. Путин дал ему полный карт-бланш на управление Крымом, чем тот с радостью пользуется. Аксенов считает себя истиной в последней инстанции. Человек, который никогда не руководил хоть сколько-нибудь солидным предприятием, а воротил непонятные дела в 90-е годы, не может быть руководителем Крыма. У него остался подход из 90-х: свой — чужой. Если ты родственник или бизнесмен, который принес чемодан с деньгами, — ты свой. Если ты чего-то добился самостоятельно, если говоришь что-то, что не нравится Аксенову, — ты чужой, ты враг, последнее дерьмо. А если враг Аксенову, то враг Крыму, а значит, и враг России — вот какая логика у нашего главы республики. Такие люди, как я, которые сами чего-то добились, сделали себе имя, не вписываются в картину мировоззрения Аксенова, поэтому их надо облить грязью и уничтожить.

Во время блэкаута у нас отобрали генератор, который вручила МЧС. Нас пытаются закошмарить проверками. В 2016 году по разным искам мы провели 150 судебных заседаний. У нас в парке закрыли кафе, снесли парковки. Я — первый предприниматель, которого оштрафовали за тень здания, падающую на поле. Здание заступает на поле размером в тысячу гектаров на четыре квадратных метра. Из-за этого при Украине меня оштрафовали на 136 гривен (около 400 рублей. — Прим. ред.), а в российском Крыму — на 100 тысяч рублей. И в постановлении суда говорится не о четырех квадратных метрах, а о 57. Когда я спрашивал у земельной службы, почему такой метраж, они ответили, что посчитали тень. Это не фантастика, это современная Россия.

На референдуме я голосовал за. За возвращение к стране, в которой я вырос, в которой учился — за Советский Союз. Но Россия — не СССР, она очень изменилась. Если бы я знал, что будет с моими парками, я бы не испытывал такого энтузиазма к референдуму.

Что говорил год назад:

Нечем гордиться и нечего мне поставить в заслугу крымской власти за два года. Все, к чему она прикоснулась, умерло. То, что в регионе нет войны, — единственная заслуга, но сколько можно прикрываться революционной ситуацией на Украине? Когда начнется созидание? Больше двух собираться нельзя, вышли с плакатом — будете сидеть в тюрьме. Выскажешься против власти — враг народа. Не успеешь лопату в землю вставить — двадцать проверяющих выпишут тебе штрафы. Как Крыму развиваться, как в регион вдохнуть жизнь, когда он занимает лидирующее место среди российских регионов по коррупции?

16 марта — годовщина разочарования. В Крыму перестали смеяться и улыбаться. Люди не знают, что будет завтра, какая чума нас настигнет в очередной раз. Все ждут только плохого, хорошего давно уже не происходит: воды нет, электричества нет. Для парка «Тайган» это угроза потерять животных. Мы сейчас живем только благодаря помощи людей: то там, то там удается перехватить мясо для львов и тигров. Никакой уверенности в завтрашнем дне.

У власти собралась команда, которая не терпит никаких самостоятельно мыслящих людей. За то, что я выдвинулся в 2014 году кандидатом в Госсовет Крыма, уже имея подобный опыт, мой бизнес решили растоптать, а на меня завели десяток уголовных дел с миллионными штрафами. Меня и десяток других кандидатов смешали с дерьмом. Руководство республики страшно боится любой политической конкуренции, особенно если она формируется среди местных жителей. Главный принцип нынешней власти — кумовство и клановость. Я для них — политический оппонент, а потому не должен вылезать из судов, а лучше из тюрьмы.

Михаил Соколов, директор дайв-центра Black sea divers, Севастополь:

К референдуму я отнесся положительно. У меня не получилось проголосовать, поскольку я был не в Крыму. Мы радовались, но в другом месте, далеко от дома. Много делается, многое восстанавливается по мере возможности, улучшается, те же дороги, например. Сейчас стало очень неплохо жить пенсионерам, старикам, поддержка у них ощущается. С зарплатами всегда были проблемы у всех, может, у кого-то повысились, но они, конечно, невысокие.

С бизнесом есть некоторые проблемы. В составе Украине у нас было гораздо больше людей, потому что приехать в Крым с любой точки Украины было проще, чем летать откуда-то из России. Но сейчас начинают подтягиваться люди из отдаленных регионов России. Они для себя открыли много нового и интересного. Сейчас мы участвуем в выставках, дайвинг-шоу, у нас много контактов с клубами, дайверами. Народ начинает ездить, поэтому смотрим в будущее с оптимизмом.

Что говорил год назад:

Большая часть туристов раньше приезжала из Украины: из Донецка, Мариуполя или Запорожья до нас ехать буквально несколько часов на машине. Из нее приезжало и большинство инструкторов и учителей нашего центра. Сейчас Украины в Крыму нет вообще, а Россия только-только начинает добираться до нашего побережья. Я никогда не делаю прогнозов, сложно сказать, каким будет предстоящий сезон, но свою роль может сыграть то, что россияне не поедут в Египет и Турцию.

Большими сложностями обернулся переход на российское законодательство. Мы работаем на маломерных судах — до 20 метров. Россия предъявляет жесткие требования к их содержанию и оформлению документов. Это дорого стоит и для многих предпринимателей здесь оборачивается неподъемными выплатами. Ведь наш бизнес — сезонный, мы работаем интенсивно лишь 3 месяца в году, за которые должны заработать на жизнь на остальной год. Дополнительные траты на оформление новых документов становятся критичными для многих из нас. Некоторые мои коллеги начали продавать свои катера.

Крым должен стать важным туристическим центром. Вспомните деревушку Дахаб в Египте, в которой жили нищие бедуины, а теперь это международная мекка дайвинга. Мы надеемся, что власти серьезно возьмутся за развитие республики. В обыденной жизни за последние два года у нас ничего не изменилось. Крым жил в бардаке при украинской власти, и чтобы навести здесь порядок, понадобится больше, чем два года.

Я, как и большинство, голосовал за присоединение к России: все взрослые люди понимают, что Крым всегда был русским. Севастополь — самый русский город на территории России. Здесь героическая память о прошлом и уважение к истории лежат в основе психологии людей. Если наши новые власти отнесутся более лояльно к тем, кто занимается в Крыму развитием туризма, будет вообще замечательно. Ведь все, кто к нам приезжают, уже не хотят уезжать, если хоть раз увидели своими глазами природу мысов Фиолент или Айя.

Игорь Шептовецкий, владелец гостиницы «Усадьба», Коктебель:

Минусов много, особенно в экономическом плане. Например, к нам не поступают продукты из Украины, поэтому сейчас все подорожало. Но это было неизбежно, это мы нормально восприняли.

У меня как у предпринимателя сейчас дела не хуже и не лучше. Если говорить в целом о гостиничном бизнесе, в прошлом году был активный приток туристов, в этом году, видимо, будет хуже. При Украине в Крым приезжали отдыхающие более дешевого сегмента. Из России, особенно из нефтяных районов, приезжают люди более состоятельные. В прошлом году они ехали с энтузиазмом, а сейчас разочаровались: сервис недостаточно хорош. Цена не соответствует качеству. Состоятельные туристы хотят высокого уровня обслуживания, а его нет.

Но люди голосовали не столько за лучшую жизнь, сколько за выживание, тогда ведь война была. Если бы сейчас провели новый референдум, люди проголосовали бы так же.

Что говорил год назад:

Еще до референдума я предсказывал, что следующие пару лет для меня, как предпринимателя, обернутся некоторыми проблемами. Так и случилось: из-за изоляции со стороны Украины и транспортных проблем в регионе сильно выросли цены, а некоторое время мы вовсе жили без электричества. С другой стороны, неожиданным «подарком» стало закрытие туристических направлений в Турцию и Египет: очень многие россияне теперь обратили внимание на Крым — этот сезон обещает быть очень активным. Россияне более финансово обеспечены, чем украинцы, которые посещали нас до референдума: они могут позволить себе размещение в дорогих гостиницах и посещение дорогих ресторанов.

Глобальные планы российских властей на развитие курортной инфраструктуры Крыма неясны. Местные власти себя не проявляют вообще. Да им не до этого: мэра Феодосии арестовали за взятки, в Коктебеле один мэр повесился, другого тоже поймали за взятки. Все это не очень обнадеживает на большие перемены в ближайшее время.

Сергей Филиппов, директор Государственного академического музыкального театра Республики Крым, Симферополь:

Нашему театру, как и всей театральной системе в целом, оказывается существенная финансовая помощь. Пополнилась материально-техническая база театра. С помощью средств, выделяемых Министерством культуры Крыма, мы можем в полной мере отслеживать состояние здания театра, можем позволить себе разнообразные постановки. У нас появилась возможность гастролировать по регионам Российской Федерации: мы были в Оренбурге, в Москве. Коллектив может ездить три-четыре раза в год на гастроли со своими новыми работами. Мы стали участвовать в региональных и международных фестивалях, чего при Украине из-за отсутствия средств мы позволить себе не могли. Сейчас артисты по-человечески стали жить в гостиницах во время гастролей — раньше, когда мы сами себя обеспечивали и все заработанное тратили на дорогу, артисты жили в общежитиях.

Поддержка государства стабильна все эти три года. Мы ни в чем не чувствуем ущемления по сравнению с «украинскими» годами. Наши артисты получают среднюю по Крыму зарплату — 26 тысяч рублей.

На референдуме я, конечно, голосовал за присоединение к России. Мое мнение не изменилось: я полностью поддерживаю политику государства, я чувствую себя свободным гражданином в Российской Федерации.

Главные отличия украинского Крыма от российского в том, что раньше мы не могли самостоятельно выбирать, что нам ставить. Мы должны были выполнять задачи, которые были поставлены Министерством культуры Украины. Они говорили: «Вы — украинский театр, поэтому должны поддерживать и пропагандировать украинскую культуру». Но никакой поддержки мы не ощущали. Загрузка залов в те времена не превышала 10–15%. Сейчас же, по сравнению с тем, что было, у нас аншлаги на представлениях.

Сейчас в России есть дискуссия по поводу цензуры в российском искусстве. Мы такого совершенно не ощущаем. Мы сами выбираем репертуар, сами реализуем постановки, и никто не смеет указывать, что нам делать.

Что говорил год назад:

С тех пор как Крым перешел в состав России, к крымскому искусству наконец-то повернулись лицом. Наш театр получил не только колоссальное финансирование, перед нами открылась возможность приглашать высококвалифицированных специалистов для работы. Мы почувствовали наконец, что нужны зрителю: за два года к нам стало приходить в 2,5 раза больше посетителей и из России, и из Украины, а билеты распроданы на два-три месяца вперед. Я работаю в этом театре 25 лет, и никогда такого не было.

Жизнь в Крыму меняется, это очень заметно. Мои племянники, которые учатся в школе, стали патриотично относиться к государству, стали гордиться своей страной. Хотя раньше они обучались в украинской гимназии, но этих чувств они не испытывали. Я рад, что позитивное отношение к государству сформировалось у подрастающего поколения.

При украинской власти Крым был пущен на самотек. Никакой поддержки не оказывалось ни одному театру региона, и смешно смотреть, как сейчас они рассказывают об обратном. Наш театр был обречен на ликвидацию, и украинским властям было все равно. А сейчас мы чувствуем истинную и реальную заботу.

Екатерина Покровская, директор фотошколы «Белый кролик» в Симферополе:

Я не могу говорить за весь Крым и настроения крымчан, только за свое. Не стало ни хуже, ни лучше, мы просто живем дальше. Разве что теперь я могу позволить себе чуть больше свободы перемещений. Теперь слетать в Москву мне по карману. Крым стал дорогим — в этом и минус, и плюс. Многие моменты стали проще — налоговые и так далее. Все это лучше того болота, которое было раньше. Но выводы делать рано. Я не ждала какой-то лучшей жизни, но более стабильной, насколько это возможно в условиях перемен. В принципе все так и получилось.

Что говорила три года назад:

В кругу моих знакомых другие темы больше не обсуждаются. Мнения у всех разные, кто-то придерживается пророссийских настроений, не меньшее число людей присоединения к России не хочет. Но почти все уверены, что сейчас решают за нас.

Я пойду на референдум. Я еще не решила, как голосовать: мне не нравятся оба варианта. Я буду исходить из ближайших действий официальной украинской власти: приведут ли ее действия к тому, что Крым отбросят, как ящерица отбрасывает хвост, или для Крыма все же будут что-то делать, чтобы выровнять ситуацию.

Конечно, результаты референдума как-то отразятся на том, чем я занимаюсь. Но кризис начался еще с Майдана, когда поменялась власть.

Записи созданы 8837

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх