Привлечение к субсидиарной ответственности учредителя

Арбитражный суд Московской области
107053, ГСП 6, г. Москва, проспект Академика Сахарова,
д.18 http://asmo.arbitr.ru/
Р Е Ш Е Н И Е

г. Москва

30 января 2015 года

Дело №А41-25086/13

резолютивная часть от 20.01.2015 г.

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Т.Н. Потаповой, при ведении протокола судебного заседания секретарем Кучмазоковым А.М.,
рассмотрев заявление конкурсного управляющего МУП «Деденевское ЖКХ» о привлечении Администрации городского поселения Деденево Дмитровского муниципального района Московской области к субсидиарной ответственности
при участии в судебном заседании: согласно протоколу,

УСТАНОВИЛ:

МУП «Деденевское ЖКХ» решением Арбитражного суда Московской области от 16.07.2013 г. по делу №А41-25086/13 признано несостоятельным (банкротом).

Конкурсный управляющий просит удовлетворить заявление по следующим основаниям.

Учредителем и собственником имущества должника является Администрация городского поселения Деденево Дмитровского муниципального района Московской области, которой принято решение о ликвидации МУП «Деденевское ЖКХ» (Постановление № 149 от 22.04.2013).

В соответствии со ст. 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии со ст. 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 указанной статьи, также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Конкурсный кредитор принял решение обязать конкурсного управляющего подать в арбитражный суд заявление о привлечении собственника имущества муниципального унитарного предприятия «Деденевское ЖКХ» к субсидиарной ответственности

В соответствии с данными проведенного финансового анализа МУП «Деденевское ЖКХ» с 2011 г. в течение ряда лет до момента подачи заявления о признании банкротом имело неудовлетворительные финансовые показатели деятельности и отвечало признакам несостоятельности (банкротства).

В соответствии со ст. 9 Закона о банкротстве должник обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

— удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

— органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

— органом, уполномоченным собственником имущества должника — унитарного предприятия, принято решение;

— обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

— должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам не достаточности имущества;

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Федерального Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо — лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом Учредителем и собственником имущества должника являлась Администрация городского поселения Деденево Дмитровского муниципального района Московской области, что соответствует признакам контролирующего лица. В силу своих полномочий в соответствии с Федеральным законом «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» от 14.11.2002 № 161-ФЗ и Уставом предприятия Администрация городского поселения Деденево Дмитровского муниципального района Московской области как собственник имущества унитарного предприятия в отношении указанного предприятия определяет цели, предмет, виды деятельности унитарного предприятия, назначает на должность руководителя унитарного предприятия, утверждает бухгалтерскую отчетность и отчеты унитарного предприятия, дает согласие на распоряжение недвижимым имуществом, а в случаях, установленных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или уставом унитарного предприятия, на совершение иных сделок, осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью при надлежащего унитарному предприятию имущества, дает согласие в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, на совершение крупных сделок, сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, и иных сделок, и осуществляет иные полномочия по контролю деятельности унитарного предприятия.

Таким образом, Администрация городского поселения Деденево Дмитровского муниципального района Московской области, обладая соответствующими полномочиями, не обеспечила предприятию возможность проводить рентабельную хозяйственную деятельность и не приняла решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, в результате чего предприятие лишено возможности сформировать конкурсную массу, достаточную для погашения требований кредиторов.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер требований кредиторов, включенных в реестр, а также заявленных после закрытия реестра, составляет 55 759 321,24 руб. Кроме того, на момент подачи данного заявления существуют непогашенные текущие требования кредиторов и расходы по проведению процедуры банкротства. Расчеты с кредиторами не производились.

В пользу МУП «Деденевское ЖКХ» вынесены судебные решения о взыскании дебиторской задолженности:

ООО «Влахернская управляющая компания» в размере 1 254 548,11 руб. ЗАО «Дмитровский электромеханический завод» в размере 1 408 528,27 руб.

ООО «Производственная компания — Ресурс» долг в размере 17 780 717,48 руб.

По указанным делам производится принудительное исполнение решений, денежных средств в МУП «Деденевское ЖКХ» не поступало.

Представитель Администрации просит в удовлетворении заявления отказать.

Исследовав материалы дела, выслушав участвующих в деле лиц, суд установил следующее.

22 апреля 2013 года Администрацией городского поселения Деденево Дмитровского муниципального района Московской области принято решение о ликвидации МУП «Деденевское ЖКХ».

Ликвидатор обратился в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Московской области от 16 июля 2013 года МУП «Деденевское ЖКХ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Конкурсный управляющий указывает, что Администрация, обладая соответствующими полномочиями, не обеспечила предприятию возможность проводить рентабельную хозяйственную деятельность.

Согласно статье 2 Закона об унитарных предприятиях унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на имущество, закрепленное за ней собственником. В соответствии со статьей 3 Закона об унитарных предприятиях унитарное предприятие может иметь гражданские права, соответствующие предмету и целям его деятельности, предусмотренным в уставе этого унитарного предприятия, и нести связанные с этой деятельностью обязанности.

Администрация исполнила свои обязанности, предусмотренные Законом об унитарных предприятиях.

Администрацией согласно заключенному договору хозяйственного ведения было передано предприятию необходимое имущество.

Администрация не имеет правомочий на обеспечение возможности проводить рентабельную хозяйственную деятельность.

Согласно статье 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность руководителя должника и контролирующих должника лиц наступает по различным основаниям. Для руководителя должника эта ответственность предусмотрена за нарушение сроков обращения в арбитражный суд, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве (п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве), а контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу (п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве).

Следовательно, ссылка конкурсного управляющего на неисполнение Администрацией данной обязанности противоречит требованиям действующего законодательства.

Должник является юридическим лицом, преследующим извлечением прибыли в качестве основной цели своей деятельности. Согласно статье 48 ГК РФ юридическим лицом признается организация, которая имеет обособленное имущество и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Согласно статье 3 Закона об унитарных предприятиях предприятие может иметь гражданские права, соответствующие предмету и целям его деятельности, предусмотренным в уставе этого унитарного предприятия, и нести связанные с этой деятельностью обязанности. У Администрации отсутствовали полномочия давать обязательные для предприятия указания, связанные с обеспечением возможности проводить рентабельную хозяйственную деятельность.

В соответствии с абзацем 3 части 1 статьи 2 Закона об унитарных предприятиях от имени муниципального образования права собственника имущества унитарного предприятия осуществляют органы местного самоуправления в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Актом, определяющим статус Администрации, является Устав городского поселения Деденево Дмитровского муниципального района Московской области.

Согласно статье 37 Устава Администрация осуществляет исполнительно-распорядительные функции на территории городского поселения. Администрация подотчетна Совету депутатов городского поселения по вопросам его компетенции и государственным органам по вопросам, связанным с осуществлением отдельных государственных полномочий этих органов.

При образовании предприятия для получения последним финансовой выгоды (прибыли) Администрацией из казны Муниципального образования Деденево по договору хозяйственного ведения было передано должнику необходимое для достижения целей и задач, установленных Уставом и осуществления коммерческой деятельности, имущество.

На должность руководителя предприятия был назначен Сударкин Андрей Евгеньевич, который в соответствии с требованиями законодательства и Устава предприятия непосредственно осуществлял финансово-хозяйственную деятельность предприятия.

За весь период деятельности предприятия под руководством Сударкина А.Е. многочисленные запросы Администрации о предоставлении финансовой и иной отчетности игнорировались бывшим руководителем, запрашиваемая отчетность и документы не предоставлялись.

Не получая информации о деятельности предприятия, действуя добросовестно и разумно, с необходимой степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась при данных обстоятельствах, Администрация была вынуждена заказать аудиторскую проверку. По итогам указанной проверки было выявлено, что получаемые в ходе ведения хозяйственной деятельности денежные средства предприятия расходовались бывшим руководителем предприятия не по назначению.

После выявления вышеуказанного факта бывший руководитель предприятия был снят с занимаемой должности.

По распоряжению Администрации новый руководитель предприятия Мазурова Л.В. начала процедуру банкротства.

Были поданы документы в Дмитровскую городскую прокуратуру в отношении нецелевого использования денежных средств предприятия, действующим на том момент руководителем предприятия — Сударкиным А.Е.

По итогам прокурорской проверки в отношении бывшего руководителя были возбуждены несколько уголовных и иных дел, в том числе о неосновательном начислении премиальных выплат бывшему руководителю предприятия, о хищении, нецелевом использовании денежных средств предприятия.

Таким образом, Администрацией в рамках своей компетенции были предприняты все зависящие от нее действия, необходимые для достижения предприятием целей своей коммерческой и хозяйственной деятельности.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой ответственностью. В связи с этим привлечение контролирующего должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получало бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В соответствии с указанной нормой обязательство вследствие причинения убытков возникает при наличии в совокупности следующих оснований:

— противоправного деяния (действия, бездействия);

— наличия вреда;

— причинно-следственной связи между противоправным деянием и наступившими последствиями (убытками);

— вины лица, ответственного за убытки.

Таким образом, отсутствие доказательства хотя бы одного из указанных оснований не дает права требовать возмещения убытков.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений. При этом доказательства должны отвечать предусмотренным АПК РФ требованиям относимости, допустимости и достоверности.

Конкурсным управляющим не доказано:

— противоправности действия (бездействия) Администрации.

— наличия вреда, причиненного действиями (бездействием) Администрации.

— причинно-следственной связи между неподачей Администрацией заявления о банкротстве предприятия и его банкротством.

— вина Администрации в не совершении действий по подаче заявления о банкротстве предприятия.

Администрация не осуществляла каких-либо действий, которые привели к прекращению деятельности предприятия и как следствие к его банкротству.

Суд считает, что в удовлетворении заявления следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

В удовлетворении заявления отказать.

Судья

Т.Н. Потапова

Субъект правоотношений, связанных с банкротством — это непосредственный участник конкурсных правоотношений, лицо, которое может быть носителем прав и обязанностей, закрепленных нормами института банкротства.

Исходя из сходства целей и интересов субъектов правоотношений, связанных с банкротством, их можно классифицировать следующим образом (рис. 2.1).

Должник, руководитель должника, участники и собственник имущества должника, их представители, контролирующие должника лица

Институт банкротства придает термину «должник» более узкое значение, чем гражданское право в ст. 307 ГК РФ. Должник — это физическое или юридическое лицо, оказавшееся неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий или оплате труда, или исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев. Для некоторых категорий должников этот срок может быть иным (см. приложение 1).

Рис. 2.1. Классификация субъектов конкурсных правоотношений исходя из сходства их целей и интересов

Проблемы терминологии

Закон о банкротстве придает термину «должник» более широкое значение, чем определение должника, содержащееся в ст. 2 этого же Закона. Он называет должником лиц, которые:

  • а) не смогут исполнить в срок свои денежные обязательства и обязанности (ст. 8);
  • б) отвечают признакам неплатежеспособности, недостаточности имущества или банкротства (ст. 2, 9, 10);
  • в) фактически платежеспособны, но в отношении них возбуждено дело о банкротстве (например, по подложному договору или при фиктивном банкротстве).

Лица, которые не могут участвовать в правоотношениях банкротства в качестве должника и признаваться банкротами:

  • а) Российская Федерация, субъекты РФ, муниципальные образования;
  • б) казенные предприятия, учреждения, политические партии, религиозные организации (ст. 65 ГК РФ);
  • в) фонды, если это установлено законом (например, Фонд перспективных исследований);
  • г) определенные законом государственные корпорации и государственные компании (например, Внешэкономбанк, Федеральный фонд содействия развитию жилищного строительства, Российская корпорация нанотехнологий, государственная компания «Российские автомобильные дороги», Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом» и иные)1.

Для некоторых категорий должников, перечисленных в гл. IX—XI Закона о банкротстве, предусмотрены особенности банкротства (см. приложение 3).

Руководитель должника — это единоличный исполнительный орган (например, генеральный директор) или руководитель коллегиального исполнительного органа (например, председатель правления), либо иное лицо, осуществляющее деятельность от имени юридического лица без доверенности. Институт банкротства наделяет его рядом прав и обязанностей (п. 1 ст. 9, п. 1 ст. 30, и. 3 ст. 72, и. 4 ст. 83, и. 2 сг. 126 Закона о банкротстве и др.). Предусмотрена также гражданско-правовая, административная и уголовная ответственность за нарушение таких норм.

Учредители (участники) должника (далее — участники должника) практически лишены возможности влияния на проведение процедур в деле о банкротстве. После возбуждения производства по делу о банкротстве они уже не могут вернуть средства, вложенные в деятельность своей компании, так как не вправе выйти из состава участников, требовать выплаты стоимости своих долей в уставном капитале. Они не отнесены ни к одной очереди кредиторов, поэтому ничего не получают и при разделе имущества должника. Участники вправе претендовать только на то имущество должника, которое не удалось продать и от которого отказались кредиторы (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве), либо которое осталось после расчетов с другими кредиторами . В некоторых процедурах в деле о банкротстве их полномочия прекращаются (ст. 94, 126 Закона о банкротстве). Участники вправе оказывать финансовую помощь должнику, исполнять его обязательства, в ряде случаев обязаны принимать меры по предупреждению его банкротства (п. 2 ст. 30 Закона о банкротстве).

Вопросы практики

Чтобы приобрести более выгодный статус конкурсного кредитора и тем самым получить возможность проводить на собраниях кредиторов выгодные для себя решения (о выборе арбитражного управляющего и т.п.), участники должника нередко выкупают его задолженность (права требования к должнику) у других кредиторов, в том числе на основании ст. 71.1, 85.1, 112.1, 113, 129.1 Закона о банкротстве.

Собственник имущества должника — унитарного предприятия (далее — собственник имущества должника) согласно п. 3 ст. 48 ГК РФ приравнивается к учредителям, поэтому его статус в правоотношениях банкротства соответствует статусу участников должника. Полномочия собственника имущества федеральных ГУП при проведении процедур банкротства осуществляет Росимущество1.

Представитель учредителей (участников) должника — председатель совета директоров либо лицо, избранное таким органом или участниками должника для представления их законных интересов при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве (ст. 2 Закона о банкротстве). Если должник является унитарным предприятием, то в конкурсных отношениях участвует представитель собственника имущества должника (России, субъекта РФ или муниципального образования). Через представителя участники должника (либо собственник его имущества) имеют возможность осуществлять более широкий круг прав, чем лично. Так, в отличие от самих участников, их представитель является лицом, участвующим в арбитражном процессе по делу о банкротстве, а в конкурсном производстве — лицом, участвующим в деле. Он наделен соответствующими процессуальными правами (ст. 41 АПК РФ), в том числе правом подавать в арбитражный суд жалобы на действия арбитражного управляющего, на решения собрания или комитета кредиторов и др. (ст. 12, 18, 35, 60, 72, 126 Закона о банкротстве). Однако представитель выражает волю не каждого участника должника, а их общего собрания, решения которого могут не учитывать мнение многих участников — миноритариев.

Контролирующее должника лицо — это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять его действия, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на них иным образом (ст. 2 Закона о банкротстве).

Во-первых, это руководитель, участники (за исключением миноритариев ) или собственник имущества, члены органов управления и ликвидационной комиссии должника. Во-вторых, это широкий круг лиц, которые формально не имеют полномочий по управлению должником, но фактически ими обладают, либо обладали в течение двух лет до начала судебного этапа банкротства. Например, бывший генеральный директор, уволившийся накануне банкротства; лицо, которое вправе распоряжаться более 50% акций должника либо совершать сделки от имени должника по доверенности; рейдер, заставивший генерального директора подписать невыгодный для его организации договор.

Данный термин используется в конкурсном праве для определения круга субъектов ответственности за совершение деяний, повлекших банкротство (ст. 10, 187.12, 189.23 Закона о банкротстве).

Проблемы практики

В большинстве случаев создатели бизнеса (особенно среднего и крупного) стремятся скрыть свою причастность к нему, чтобы впоследствии избежать ответственности, в том числе связанной с банкротством. Для этого предприниматель создает несколько ООО, которые учреждают другие ООО либо АО, выступающие уже в роли учредителей бизнес-проекта. Нередко эта цепочка юридических лиц, ведущая от предприятия к его истинному владельцу, намного длиннее и запутаннее. В результате формально учредителями бизнес-проекта выступают внешне самостоятельные организации (нередко фирмы-однодневки), но фактически им управляет остающийся «в тени» предприниматель (контролирующее лицо) через подконтрольные ему компании. Он не отнесен законом к категории участников, руководителей или членов органов управления и не может быть привлечен к ответственности в этом качестве. Формальные же учредители при такой схеме ведения бизнеса нс имеют имущества. В результате широко распространено недобросовестное уклонение от расчетов с кредиторами, интересы которых при банкротстве остаются незащищенными. Поэтому только благодаря введению категории контролирующего лица стало возможным «снятие корпоративной вуали» и возмещение кредиторам потерь за счет лиц, в действительности определявших волю должника.

Однако судебно-арбитражная практика пока не использует данный механизм защиты прав кредиторов, рассматривая в качестве контролирующих лиц только бывших руководителей; участников, обладающих более чем половиной долей в уставном капитале1; членов ликвидационной комиссии ; в единичных случаях — родственников должника.

Практика ВС//дела о банкротстве физлиц//рассмотрение требования кредитора//оставление без рассмотрения

Альфа-банк vs Верещаков, определение от 21.05.18 № 305-ЭС17-21937 (Капкаев Д.В.)

В отношении Верещакова Г.В. было возбуждено производство по делу о банкротстве и впоследствии введена процедура реструктуризации долгов, в ходе которой Альфа-банк обратился с заявлением о включении в РТК 3,4 млрд. руб. долга по договору поручительства.

Ранее банк обратился с аналогичным требованием в общеисковом порядке; производство по этому делу было приостановлено в связи с проведением по делу судебной экспертизы.

За 5 дней до даты рассмотрения требования кредитора банк подал в гражданском деле ходатайство о приостановлении производства по делу в связи с введением в отношении ответчика процедуры реструктуризации долгов.

Однако суд, рассматривающий дело о банкротстве, оставил требование Альфа-банка без рассмотрения, поскольку исковое производство по требованию банка не было ни приостановлено, ни прекращено (было только подано ходатайство об его приостановлении).

Мотивируя судебный акт, арбитражный суд указал, что представление ходатайства о приостановлении производства по делу за пять дней до судебного разбирательства в арбитражном суде первой инстанции не может свидетельствовать о безусловном его удовлетворении судом общей юрисдикции, учитывая невозможность его разрешения до возобновления приостановленного по иному основанию производства.

Позиция ВС:

В ст. 213.11 Закона о банкротстве приведены последствия введения реструктуризации долгов гражданина:

— требования кредиторов по денежным обязательствам могут быть предъявлены только в порядке, установленном Законом о банкротстве;

— исковые заявления, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве гражданина и не рассмотрены судом до даты введения процедуры реструктуризации долгов, подлежат оставлению без рассмотрения.

Таким образом, исковое заявление банка подлежало безусловному оставлению без рассмотрения.

Неправильное применение судами к рассматриваемой ситуации разъяснений, содержащихся в пунктах 28 и 29 постановления № 35, поставило реализацию банком своих прав в процедуре банкротства должника в зависимость от процессуальной невозможности рассмотрения судом общей юрисдикции поданного банком ходатайства, что недопустимо.

Исходя из данных разъяснений, подача кредитором в исковом производстве ходатайства о приостановлении или прекращении производства по делу свидетельствует о его волеизъявлении в выборе дальнейшего способа защиты права и сама по себе служит достаточным основанием для рассмотрения его требования в рамках дела о банкротстве.

Банк совершил необходимое процессуальное действие (подал в суд общей юрисдикции ходатайство о приостановлении искового производства).

При изложенных обстоятельствах у судов в любом случае не имелось оснований для оставления требования банка без рассмотрения.

Обособленный спор направлен на новое рассморение в арбитражный суд первой инстанции.

Определение выглядит довольно противоречивым. Если исковое заявление банка подлежало безусловному оставлению без рассмотрения в силу ст. 213.11 Закона о банкротстве, то зачем далее Верховный Суд дополнил, что подача банком ходатайства о приостановлении производства по делу свидетельствует о его волеизъявлении в выборе дальнейшего способа защиты права? Ведь на самом деле никакого выбора у банка не было.

Кредиторы имеют выбор между исковым производством и делом о банкротстве на стадии наблюдения: в соответствии с п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве после введения процедуры наблюдения по ходатайству кредитора приостанавливается производство по делам, связанным с взысканием с должника денежных средств. Кредитор в этом случае вправе предъявить свои требования к должнику в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Разъяснение данной нормы дано в пунктах 28 и 29 постановления № 35.

Если исковое производство не приостановлено, то требование кредитора, предъявленное в рамках дела о банкротстве на стадии наблюдения, подлежит оставлению без рассмотрения (п. 29 постановления № 35).

Если исковое производство было приостановлено, а впоследствии в отношении должника введена процедура конкурсного производства, то суд по своей инициативе или по заявлению любого участвующего в деле лица возобновляет производство по делу и оставляет иск без рассмотрения (п. 28 постановления № 35).

Таким образом, введение в отношении ответчика-гражданина процедуры реструктуризации долгов по своему влиянию на судьбу нерассмотренных исков влечет те же последствия, что и введение в отношении ответчика-юрлица процедуры конкурсного производства, т.е. в обоих случаях иск подлежит оставлению без рассмотрения.

Создается впечатление, что разъяснения, изложенные на 4-й странице определения (см. выше выделенный курсивом текст, начиная со слов «неправильное применение судами…») даны вовсе не для дел о банкротстве граждан, а для дел о банкротстве юридических лиц, в рамках которых на стадии наблюдения у кредиторов есть выбор между исковым производством и делом о банкротстве (в отношении исков, поданных до его возбуждения).

В таком случае разъяснения следует понимать следующим образом:

— если на дату рассмотрения требования кредитора в процедуре наблюдения кредитор подал в суд, рассматривающий аналогичное требование в общеисковом порядке, ходатайство о приостановлении производства по делу,

— то требование этого кредитора в рамках дела о банкротстве подлежит рассмотрению по существу независимо от того, удовлетворено ли судом заявленное ходатайство и вынесено ли определение о приостановлении производства по делу (оно могло быть не вынесено по независящим от кредитора причинам, например, из-за отложения дела на длительный срок, или приостановления производства по делу по иному основанию, как было в рассматриваемом случае).

Возникает вопрос, как быть, если позднее кредитор отказался от своего ходатайства о приостановлении производства по делу?

Данная ситуация также урегулирована постановлением № 35 (п. 29) применительно к случаю, когда на момент рассмотрения требования кредитора суду не было известно о наличии искового производства:

«Если же будут вынесены и определение по результатам рассмотрения требования в деле о банкротстве, и решение суда в рамках искового производства, то в случае противоречия этих судебных актов рассматривающий дело о банкротстве суд руководствуется принятым в рамках дела о банкротстве судебным актом.»

В целом определение облечает жизнь кредиторов, ведь некоторые судьи подходили к вопросу формально и отказывались рассматривать требование кредитора в деле о банкротстве (юрлиц) в отсутствие определения о приостановлении искового производства.

Теперь при наличии у суда сомнений можно ссылаться на мотивировочную часть Определения ВС РФ от 21.05.2018 № 305-ЭС17-21937.

Возникновение рассматриваемой ситуации в рамках дела о банкротстве физлица выглядит совершенно курьезно при наличии в Законе прямого указания на то, что после введения реструктуризации долгов ранее поданные иски подлежат оставлению без рассмотрения. Похоже, что суды в рамках дел о банкротстве физлиц по инерции применяют правовые подходы, выработанные для применения в рамках дел о банкротстве юридических лиц.

 Привлечение муниципальных образований и государства к субсидиарной ответственности при банкротстве унитарных предприятий

И.Е. Кабанова ведущий научный сотрудник Центра поддержки и сопровождения органов местного самоуправления Высшей школы государственного управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, кандидат юридических наук (г. Москва)

Ирина Евгеньевна Кабанова, kabanova-ie@ranepa.ru

Субсидиарная ответственность является одним из подвидов гражданско-правовой ответственности и представляет собой ответственность лиц, которые совместно с должником отвечают перед кредитором за надлежащее исполнение обязательств в случаях, установленных законом или договором. Субсидиарный должник не имеет своих обязательств перед кредитором, но несет гражданско-правовую ответственность за неисполнение обязательств основным должником, с которым он связан в силу прямого указания закона либо по условиям обязательства (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее -ГК РФ).

Закрепленная в ГК РФ конструкция субсидиарной ответственности связывает ее наступление исключительно с нарушением обязательств основным должником и обстоятельствами, за которые он отвечает, а требованию кредитора могут быть противопоставлены только имеющиеся у основного должника возражения. Однако на установление законодателем дополнительных (помимо неисправности основного должника) условий привлечения к субсидиарной ответственности влияет степень зависимости основного должника от субсидиарного. Дополнительный (субсидиарный) характер ответственности заключается в том, что субсидиарный должник обязывается к восстановлению нарушенного субъек-

тивного права вместо основного должника на основании закона либо условий договора вне зависимости от правовой оценки его собственного поведения, в связи с чем субсидиарная ответственность может рассматриваться как в качестве санкции за правонарушение, так и в качестве обеспечительного механизма исполнения обязательств.

В российском гражданском законодательстве реализован принцип самостоятельной ответственности юридических лиц по своим обязательствам с установлением отдельных исключений из этого правила, связанных со спецификой организационно-правовой формы юридического лица либо с усилением гарантий защиты имущественных прав кредиторов юридического лица (см. ).

К исключениям из этого общего правила относятся основания применения субсидиарной ответственности муниципальных образований по обязательствам юридических лиц, собственником имущества которых они являются, а именно муниципальных унитарных предприятий.

Особенности привлечения муниципальных образований к субсидиарной ответственности отмечались в постановлениях Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 21 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров

с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 ГК РФ», от 22 июня 2006 года № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации» и от 22 июня 2006 года № 24 «О применении к государственным (муниципальным) учреждениям пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» и статьи 71 Бюджетного кодекса Российской Федерации».

Пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 14 ноября 2002 года № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее — Закон о МУП) предусматривается, что собственник имущества, переданного в хозяйственное ведение унитарного предприятия, не несет ответственности по обязательствам этого предприятия, за исключением случаев, если несостоятельность предприятия вызвана действиями собственника.

Нормой пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) ранее устанавливалось, что собственник имущества, переданного унитарному предприятию, может быть привлечен к субсидиарной ответственности за долги предприятия, если средств должника недостаточно, а несостоятельность вызвана деятельностью собственника. Впоследствии нормы Закона о банкротстве распространили субсидиарную ответственность на так называемых контролирующих лиц, к которым относятся любые лица, имеющие либо имевшие в течение менее чем двух лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника. Если ущерб причинен кредиторам вследствие указаний контролирующих должника лиц, такие лица

в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Презюмируется, что несостоятельность юридического лица вызвана действиями контролирующих лиц, если сделка или одобрение сделки должника таким лицом нарушает имущественные права кредиторов. Контролирующее должника лицо не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным отсутствует. Контролирующее лицо не считается виновным, если может доказать, что действовало разумно и добросовестно в интересах должника.

Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве корреспондируют абзацу 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ, устанавливающему, что субсидиарная ответственность может быть возложена на лиц, которые имеют право давать юридическому лицу обязательные указания или иным образом имеют возможность определять его действия, если несостоятельность юридического лица вызвана такими лицами, а имущества юридического лица недостаточно. Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на учредителя обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между действиями таких лиц и банкротством должника. Подтвердить ее существование довольно проблематично, что подтверждается материалами судебной практики.

Так, например, истцу не удалось доказать, что именно администрация муниципального образования своими действиями по отчуждению имущества и занижению и несвоевременному утверждению тарифов

на услуги должника довела его до банкротства (см. ). По мнению заявителя, МУП «Водоканал» был признан банкротом в результате действий собственника имущества, который изымал из хозяйственного ведения должника имущество, необходимое для нормальной экономической деятельности, а также не устанавливал экономически обоснованные тарифы на водоснабжение и водоотведение. Однако в результате рассмотрения дела судом было установлено, что на основании постановлений главы муниципального образования «Город Воркута» у МУП «Водоканал» действительно изымалось имущество в пользу казны муниципального образования, но действия по изъятию имущества были совершены задолго до подачи заявления о признании МУП «Водоканал» банкротом. Иные доказательства того, что банкротство МУП «Водоканал» явилось следствием указанных действий собственника, представлены не были, в связи с чем в удовлетворении требования о привлечении муниципального образования в лице его администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и о взыскании с нее за счет казны муниципального образования убытков было отказано.

Если изъятие муниципального имущества не являлось препятствием к осуществлению муниципальным унитарным предприятием своей уставной деятельности, а убыточность деятельности была связана с ее неэффективностью, но не с действиями учредителя, поскольку последним проводились необходимые проверки и давались указания, направленные на восстановление платежеспособности предприятия, которые не исполнялись его руководством, наличие причинно-следственной связи между действиями администрации муниципального образования и банкротством муниципального унитарного предприятия не выявляется, основания для привлечения муниципального образования к субсидиарной ответственности также отсутствуют (см., например, ).

При наличии подтвержденной причинно-следственной связи между действиями собственника муниципального имущества и банкротством муниципального унитарного предприятия требования о привлечении муниципального образования к субсидиарной ответственности по обязательствам муниципального предприятия — банкрота удовлетворяются полностью либо в части, поскольку размер субсидиарной ответственности определяется с учетом отчета об оценке имущества, возвращения части имущества в конкурсную массу (см. ).

Доказательством причинно-следственной связи между действиями собственника имущества и банкротством юридического лица может являться анализ финансового состояния должника, демонстрирующий существенное снижение выручки после изъятия имущества в казну муниципального образования. Несмотря на то, что по одному из споров администрация муниципального образования отмечала разумность и добросовестность своих действий в интересах должника и кредиторов, поскольку списание вышедших из строя и нефункцио-нирующих сетей теплоснабжения, а также изъятие нефункционирующей котельной не повлияли на финансово-хозяйственную деятельность предприятия и не могли повлечь его банкротство, цифры свидетельствовали об обратном — до изъятия котельной выручка должника составляла более 16 миллионов рублей, после изъятия — около 5 миллионов рублей, в связи с чем судом был сделан вывод о наличии оснований для привлечения муниципального образования к субсидиарной ответственности (см. ). Судом были приняты во внимание период образования задолженности перед кредиторами, финансовое положение должника на момент изъятия указанного имущества, осведомленность администрации о наличии неисполненных должником обязательств, о возможности за счет изъятого имущества проводить расчеты с кредиторами, а также перечисление администрацией денежных

средств, произведенное муниципальным образованием отдельным кредиторам.

Отечественная судебная практика установила, что для привлечения собственника к субсидиарной ответственности по долгам унитарного предприятия требуются причинная связь между действиями собственника и несостоятельностью унитарного предприятия и вина собственника (см. ). Следовательно, здесь имеет место презумпция невиновности муниципального образования и привлечение его к ответственности только при наличии вины, так как в таких случаях требуется установление причинной связи между изъятием имущества и несостоятельностью юридического лица и вины собственника имущества юридического лица, что несвойственно для иных случаев привлечения к ответственности публичных субъектов (государства и муниципальных образований), когда они должны нести ответственность за причиненный вред при отсутствии вины.

Также вопросы привлечения публично-правовых образований к субсидиарной ответственности при банкротстве созданных ими предприятий не раз рассматривались Европейским Судом по правам человека.

Основным критерием, по которому Европейский Суд оценивает обоснованность привлечения к ответственности публичного собственника, выступает степень институциональной и оперативной независимости унитарного предприятия от публичного собственника (см. ). В подобных делах Европейский Суд учитывает целый ряд факторов, таких как правовой статус организации по внутреннему национальному праву, права, которыми наделяется организация, природа и сфера деятельности организации, а также контекст, в котором такая деятельность осуществляется, организационная и функциональная независимость, ни один из которых, взятый в отдельности, не может иметь решающего значения (см. ).

Ссылки на действующее национальное законодательство, ограничивающее от-

ветственность публичного собственника за долги унитарных предприятий, на самостоятельный правовой статус таких предприятий, на наличие вины самого предприятия в возникновении состояния неплатежеспособности не принимаются Европейским Судом во внимание как не влияющие на сформировавшуюся прецедентную практику применения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протокола № 1 к ней (см. ). По мнению Европейского Суда, правовой статус предприятия, приобретенный в соответствии с национальным законодательством, хотя и является важным фактором, но не имеет решающего значения при установлении ответственности государства по долгам предприятия.

Европейский Суд установил, что юридические лица могут считаться «правительственными организациями», если они выполняют определенные публичные обязанности под надзором государственных органов или являются публичными предприятиями, действующими в различных сферах государственной деятельности (см. ). Для отнесения конкретного юридического лица к категории «правительственные организации» должны быть приняты во внимание его правовой статус, права, которые предоставляются ему этим статусом, характер осуществляемой деятельности и контекст, в котором она осуществляется, а также степень независимости юридического лица от органов публичной власти.

В постановлении по делу «Лисейцева и Маслов против России» Европей ски й Суд подробно рассмотрел вопрос об ответственности государства по долгам муниципальных унитарных предприятий, проходящих процедуру банкротства, в контексте неудовлетворения требований работников-кредиторов, основанных на судебных решениях по искам к таким предприятиям, а также вопрос о наличии в российском законодательстве эффективных средств правовой защиты в такой ситуации (см. ).

Несмотря на то что унитарное предприятие, как и любое коммерческое юридическое лицо, создается с целью получения прибыли, имеет некоторую степень независимости в управлении переданным им имуществом и доходами от деятельности, как правило, не получает бюджетного финансирования и самостоятельно в принятии ряда решений, в том числе о судебной защите закрепленного за ним имущества, Европейский Суд пришел к выводу о том, что рассматриваемые предприятия не обладали достаточной степенью независимости от государства, так как последнее осуществляло контроль за соблюдением уставных целей, за использованием и распоряжением закрепленным за предприятиями имуществом, а также обладало иными значимыми полномочиями в отношении создания, управления, реорганизации и ликвидации унитарных предприятий.

Специфический статус органов местного самоуправления в национальном праве сам по себе не может исключать ответственности государства по долгам муниципальных предприятий, поскольку в вопросах толкования Конвенции Европейский Суд не связан категориями национального права, поэтому правовым терминам придается автономное значение, которое зачастую может не совпадать с тем, которое тот или иной термин имеет в национальном праве государств-участников. В случае с органами местного самоуправления Европейский Суд, в частности, указывал, что они формируются местным населением, обладают широким кругом полномочий в различных сферах жизни и, даже если эти полномочия заметно ограничены по сравнению с региональными или федеральными органами власти, они не могут быть охарактеризованы иначе как «публичные» с точки зрения Конвенции (см. ).

Рассматривая указанные дела, Европейский Суд не нашел достаточных оснований для вывода о том, что государство несет ответственность за все муниципальные унитарные предприятия, но нашел основания

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

для такого вывода в отношении тех конкретных муниципальных унитарных предприятий, о которых идет речь в жалобах заявителей. Причем важно отметить, что к ответственности было привлечено именно государство, а не муниципальное образование — собственник имущества муниципального унитарного предприятия.

Однако решение о привлечении публично-правовых образований к ответственности в связи с банкротством унитарных предприятий не является абсолютной практикой Европейского Суда. Так, в деле со сходной фабулой «Самсонов против России» (см. ) Европейский Суд не нашел оснований для вывода о том, что государство несет ответственность перед сотрудниками конкретного сельскохозяйственного предприятия, поскольку ни устав этого предприятия, ни доказательства по делу не свидетельствуют о том, что оно имело какой-либо особый статус в связи с выполнением функций публичной власти. Предприятие было институционально и опера-ционно независимо от государства, и при рассмотрении жалобы не было представлено никаких доказательств того, что государство вмешивалось в управление предприятием. Заявитель не утверждал, что государство было причастно к банкротству предприятия, захватило его имущество или давало через свои органы обязательные указания, которые привели бы к убыткам (в отличие от дел Лисейцевой и Маслова), и банкротство предприятия не являлось результатом просчетов в управлении со стороны публичного собственника.

Муниципальные унитарные предприятия, образованные на праве хозяйственного ведения, в принципе могут обладать некоторой степенью юридической и экономической независимости. Тем не менее национальное законодательство предоставляет собственникам имущества таких предприятий обширные возможности по осуществлению контроля в отношении ключевых аспектов их деятельности, при этом степень эффективности контроля со стороны пу-

бличного собственника может изменяться в зависимости от сферы деятельности предприятия. Если муниципальное унитарное предприятие не имеет достаточной институциональной и оперативной независимости от муниципалитета, то муниципальное образование или государство должно привлекаться к субсидиарной имущественной ответственности, несмотря на то, что муниципальное унитарное предприятие является самостоятельным юридическим лицом.

В целом, следует отметить, что Европейский Суд усматривает наличие институциональной и операционной зависимости от публичного собственника в том случае, если унитарное предприятие действует в сфере коммунального хозяйства и реализует свою продукцию или услуги по устанавливаемым тарифам и ценам (муниципальные унитарные предприятия в сфере водоснабжения, теплоснабжения, транспортного обслуживания, ремонта и обслуживания муниципального жилого фонда (см., например, . В этом деле в пользу заявительницы с муниципального образования было взыскано 60 729 рублей и предписано починить крышу дома заявительницы). В остальных случаях Европейский Суд, как правило, не находит достаточных оснований для привлечения публично-правового образования к субсидиарной ответственности при банкротстве унитарного предприятия. В российской судебной практике вопрос о привлечении публичных собственников к субсидиарной ответственности при банкротстве муниципальных унитарных предприятий также решается неоднозначно — в зависимости от установления причинно-следственной связи между действиями собственника и банкротством предприятия и иных обстоятельств дела, выявляемых в каждом конкретном случае.

ЛИТЕРАТУРА И ИНФОРМАЦИОННЫЕ

ИСТОЧНИКИ

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) : Федеральный закон от 30 ноября 1994 года № 51-ФЗ // Собрание законодательства Российской

Федерации, 1994, № 32, ст. 3301.

2. Габов А. В., Оболонкова Е. В., Глазко-ва М. Е. Вопросы ответственности государства по обязательствам учрежденных им юридических лиц в российском законодательстве и практике Европейского Суда // Гражданское право и современность: сборник статей, посвященный памяти М.И. Брагинского / С. С. Алексеев, Ф. О. Богатырев, Б. А. Булаевский ; под ред. В. Н. Ли-товкина, К. Б. Ярошенко / Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации. М. : Статут, 2013. 766 с. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

3. О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 ГК РФ : постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 21 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2006. № 8.

4. О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации : постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 23 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2006. № 8.

5. О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 ГК РФ : постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 21 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2006. № 8.

6. О государственных и муниципальных унитарных предприятиях : Федеральный закон от 14 ноября 2002 года № 161-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации, 2002, № 48, ст. 4746.

7. О несостоятельности (банкротстве) : Федеральный закон от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ // Собрание законодатель-

ства Российской Федерации, 2002, № 43, ст. 4190.

8. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 9 января 2018 года № 301-ЭС17-19654 по делу № А29-1633/2011. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

9. Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 2 октября 201 7 года № Ф01 -3944/201 7 по делу № А29-1633/2011. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

10. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29 января 2018 года № Ф05-1 0962/201 4 по делу № А41 -28960/2012. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

1 1 . Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 23 января 2018 года № Ф09-8002/17 по делу № А50-17769/2014. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

12. Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 6 июля 201 7 года № Ф09-3065/17 по делу № А76-811/2014. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

13. Решение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 9 апреля 2013 года по делу № ВАС-5058/13. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

14. Постановление Европейского Суда от 25 сентября 2008 года по делу «Шафранов против Российской Федерации». Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

15. Постановление Европейского Суда от 4 апреля 2006 года по делу «Лисянский против Украины». Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

16. Постановление Европейского Суда от 22 февраля 2005 года по делу «Шаренок против Украины». Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

17. Воробьева Н. Н., Зезекало А. Ю. Субсидиарная ответственность государства по долгам унитарных предприятий в практике

Европейского Суда по правам человека. Комментарий к постановлению от 9 октября 2014 года по делу «Лисейцева и Маслов против России» // Сравнительное конституционное обозрение. 2015. № 3.

18. Конвенция о защите прав человека и основных свобод (заключена в городе Риме 4 ноября 1950 года) // Собрание законодательства Российской Федерации, 2001, № 2, ст. 163.

19. Постановление Европейского Суда от 22 февраля 2005 года по делу «Ново-селецкий против Украины» (Novoseletskiy v. Ukraine), жалоба № 47148/99. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

20. Постановление Европейского Суда от 27 июля 2004 года по делу «Ромашов против Украины» (Romashov v. Ukraine), жалоба № 67534/01, § 46-47. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

21. Постановление Европейского Суда от 15 декабря 2005 года по делу «Кучеренко против Украины» (Kucherenko v. Ukraine), жалоба № 27347/02. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

22. Сучкова М. А. Лисейцева и Маслов (Liseytseva and Maslov) против России: ответственность государства по долгам унитарных предприятий. Постановление Европейского Суда по правам человека от 9 октября 2014 года // Международное правосудие. 2015. № 1.

23. Постановление Европейского Суда от 12 февраля 2013 года по делу «Дзугае-ва против России» (Dzugayeva v. Russia), жалоба № 44971/04. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

24. Решение Европейского Суда от 18 сентября 2014 года по делу «Самсонов против России» (Samsonov v. Russia), жалоба № 2880/10. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

25. Постановление Европейского Суда от 18 сентября 2008 года по делу «Ляцкая против России» (Lyatskaya v. Russia), жалоба № 33548/04. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

Регистрация человека в качестве индивидуального предпринимателя связана не только с возможностью заниматься бизнесом, но и с повышенной ответственностью за его действия. При этом найти полный спектр возможных ситуаций, за которые ИП можно привлечь к ответственности, довольно сложно – действующие российские законы не дают однозначного прямого перечня. Рассмотрим, в каких случаях и к каким видам ответственности привлекаются индивидуальные предприниматели.

Оглавление: 1. Виды ответственности для индивидуальных предпринимателей 2. Уголовная, налоговая и административная ответственность 3. Гражданская, трудовая и материальная ответственность 4. Солидарная и субсидиарная ответственность

Виды ответственности для индивидуальных предпринимателей

Согласно российской Конституции, каждый человек имеет право свободно вести экономическую деятельность. И это право в полной мере раскрывается в том числе и в возможности зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя. Однако становление субъектом предпринимательской деятельности также налагает на лицо и ряд обязанностей, несоблюдение которых может привести к ответственности перед законом и третьими лицами.

При этом есть много различных видов ответственности, к каковым привлекаются ИП. Так, к ним можно отнести:

  1. Юридическую. С точки зрения права, к юридической ответственности индивидуального предпринимателя относятся все последующие виды ответственности, к которым может быть привлечено таковое лицо. То есть, под этим понятием подразумевается любая ответственность, регулируемая государством и действующим законодательством.
  2. Административную. К административной ответственности индивидуального предпринимателя относится широкий спектр правонарушений, совершенных, в первую очередь, против государства и общественного порядка, без посягательств на имущество третьих лиц или без признаков уголовного преступления.
  3. Уголовную. Уголовная ответственность индивидуальных предпринимателей возникает лишь в исключительных случаях – при злостных нарушениях, которые повлекли за собой причинение вреда здоровью или материального ущерба в больших размерах.
  4. Гражданскую. Под гражданско-правовой общественностью индивидуальных предпринимателей подразумевается любая ответственность, возникающая и связанная с ведением договорных взаимоотношений и предусматривающая имевшее место нарушение имущественных или неимущественных прав отдельных граждан и юридических лиц.
  5. Материальную. К материальной ответственности индивидуальных предпринимателей относится обязанность компенсировать причиненный их действиями или бездействиями ущерб имуществу или благосостоянию иных лиц.
  6. Субсидиарную. Субсидиарная ответственность индивидуальных предпринимателей подразумевает их обязанность исполнять свои обязательства по отношению к кредиторам и касается именно долговых правовых взаимоотношений.
  7. Налоговую. Налоговая ответственность индивидуальных предпринимателей подразумевает обязанность данных лиц, как субъектов предпринимательской деятельности, уплачивать в государственный бюджет все положенные действующим Налоговым кодексом налоги и сборы, а также обеспечивать своевременное исполнение иных нормативов, например, касающихся подачи отчетности.
  8. Трудоправовую. Под трудоправовой ответственностью индивидуальных предпринимателей подразумевается их обязанность соблюдать нормативы трудового законодательства и нести наказание за нарушение прав трудящихся, бывших работников или соискателей.
  9. Солидарную. Солидарна ответственность индивидуальных предпринимателей является отдельной разновидностью субсидиарной ответственности и подразумевает право взыскания кредитором задолженности не только с самого ИП, но и с лиц, разделяющих с ним солидарную ответственность, например, с супругов.
  10. Международную. В случае нарушения индивидуальным предпринимателем во время ведения своей деятельности действующих международных правовых норм, он может быть привлечен к международной ответственности.
  11. Процессуальную. Процессуальная ответственность индивидуальных предпринимателей затрагивает ситуации нарушения со стороны ИП действующего судебного регламента и процедур суда.
  12. Смешанную. Смешанная ответственность индивидуального предпринимателя подразумевает одновременную возможность привлечения его к различным видам ответственности. В большинстве случаев, при совершении правонарушений, ответственность является именно смешанной по своей сути.

Обратите внимание

Во всех случаях несения ответственности, статус индивидуального предпринимателя подразумевает привлечение к ней непосредственно предпринимателя, как физического лица, а не только как субъекта предпринимательской деятельности.

Уголовная, налоговая и административная ответственность

Ситуации, в которых индивидуальный предприниматель может нести уголовную и административную ответственность, предусматриваются положениями соответственно Уголовного кодекса РФ и Кодекса об административных правонарушениях.

С точки зрения данных нормативных документов, к ИП применяются такие же требования, как и к обычным физическим лицам. Непосредственно же к предпринимательской деятельности могут, например, относиться следующие уголовные преступления индивидуальных предпринимателей:

  • Неуплата налогов и сборов в крупных размерах. Данное преступление и ответственность предпринимателя за него полностью раскрывается в положениях статьи 198 УК РФ. Однако данная же статья предусматривает освобождение от ответственности в случае её первичного нарушения и оплаты всех положенных налогов, сборов, в том числе штрафов и пеней.
  • Сокрытие денежных средств. Если ИП скрывает денежные средства, которые могли бы быть взысканы с него для уплаты положенных страховых сборов, налогов или иных отчислений, он может быть привлечен к ответственности в соответствии с положениями ст. 199.2 УК РФ.
  • Статья 195 УК РФ предусматривает наказание за незаконные действия в случае банкротства индивидуального предпринимателя. Статья 196 УК РФ рассматривает преднамеренное банкротство, а статья 197 УК РФ – фиктивное банкротство.
  • При злостном нарушении прав потребителя и ведении обманной деятельности, индивидуальный предприниматель может привлекаться к уголовной ответственности за мошенничество, в соответствии с положениями статьи 159 УК РФ.
  • Незаконное получение кредита предпринимателем предусматривает санкции в соответствии с положениями статьи 176 УК РФ.

Также предприниматели могут привлекаться к ответственности за причинение вреда, если таковое возникло благодаря осуществлению предпринимательской деятельности, торговлю оружием и наркотическими средствами, если таковые имели место быть, сутенерство, торговлю людьми, удержание людей против их воли (касается гастарбайтеров), взяточничество и другие уголовные преступления, которые могут быть косвенно или прямо связаны с их предпринимательской деятельностью.

В целом, уголовная ответственность индивидуальных предпринимателей может подразумевать в качестве наказания, как уплату штрафов, так и различные виды обязательных, принудительных, исправительных работ или даже лишение или ограничение свободы.

В рамках же административной ответственности, чаще всего предприниматели привлекаются к ней по следующим статьям:

  1. Статья 6.25 может привлечь предпринимателя к ответственности за несоблюдение нормативов антитабачного законодательства и курения посетителей и сотрудников на территории предприятия и возле неё.
  2. По статье 6.29 КоАП РФ, ИП могут привлекаться к административной ответственности за несообщение о наличии конфликта интересов во время ведения фармацевтической деятельности.
  3. Статья 6.33 КоАП РФ касается привлечения к ответственности индивидуальных предпринимателей за торговлю и оборот контрафактных, поддельных и недоброкачественных товаров.
  4. Нарушения исполнения заключенных договоров и контрактов могут преследоваться в рамках административного права соответственно нормам статьи 7.32 КоАП РФ.
  5. Статья 8.8 КоАП РФ может предусматривать для предпринимателей отдельное наказание за несоблюдение нормативов о целевом использовании участков.
  6. Статья 14.1 КоАП РФ карает за незаконное ведение предпринимательской деятельности.
  7. Статьей 14.5 КоАП РФ могут предусматриваться санкции за нарушение порядка ценообразования.

В целом, количество возможных административных правонарушений, связанных с ведением предпринимательской деятельности крайне велико – это лишь самые общие ситуации, с которыми может столкнуться каждый представитель ИП. Административная ответственность обычно предусматривает уплату штрафа и, в качестве самой жесткой меры – административный арест сроком до 30 суток.

Налоговая ответственность индивидуальных предпринимателей регулируется положениями Налогового кодекса РФ и предусматривает возможное начисление пени и штрафов за несвоевременную подачу отчетности, неточности в документации и несоблюдение иных нормативов, касающихся оплаты установленных законодательно для индивидуального предпринимателя налогов и сборов.

Гражданская, трудовая и материальная ответственность

Основным видом ответственности, которую может нести индивидуальный предприниматель в ходе совершения своей деятельности, является гражданско-правовая ответственность. Именно она касается порядка защиты имущественных и неимущественных прав граждан, участвующих с ним во взаимоотношениях. Именно в сфере гражданской ответственности находятся вопросы заключенных договоров и сделок, а также возможного возмещения, причиненного действиями или бездействиями ущерба. Таковая ответственность регулируется положениями Гражданского кодекса РФ.

Важный факт

Под материальной ответственностью индивидуального предпринимателя в российском праве подразумевается, в первую очередь, ответственность имущественного характера в трудовых взаимоотношениях. Иная же ответственность за причинение материального вреда относится именно непосредственно к гражданско-правовой.

Трудоправовая ответственность предпринимателя заключается в применении наказаний за неисполнение с его стороны нормативов Трудового кодекса по отношению к работникам. Основное правовое регулирование таковой ответственности обеспечивается именно Трудовым кодексом. Ответственность же работников перед предпринимателем может быть, как материальной – за причиненный в ходе исполнения рабочих обязанностей ущерб, так и дисциплинарной – за определенные нарушения трудового распорядка и положений трудового договора. Сами индивидуальные предприниматели к дисциплинарной ответственности не привлекаются.

Солидарная и субсидиарная ответственность

Субсидиарная ответственность подразумевает возможность обращения взыскания на имущество кредитора и его неимущественные права после нарушения самим индивидуальным предпринимателем порядка возвращения средств по его собственным долговым обязательствам. Действующее законодательство предусматривает несколько порядков кредиторов, перед которыми несет субсидиарную ответственность ИП. Так, все долги кредитора должны выплачиваться в случае его банкротства следующим образом:

  • В первую очередь за средства субсидиарной ответственности погашаются судебные расходы по делу о взыскании долга;
  • После этого удовлетворяются все требования сотрудников, работавших по трудовым договорам на индивидуального предпринимателя;
  • В третью очередь оплачиваются услуги арбитражного управляющего, ведущего дело о банкротстве.
  • В четвертую и последнюю очередь исполнению подлежат требования заявивших о себе кредиторов.

Обратите внимание

Индивидуальные предприниматели несут субсидиарную ответственность в формате солидарной ответственности. В частности, солидарная ответственность индивидуальных предпринимателей налагается и на их супругов. Например, для взыскания долга с ИП могут использовать также его долю совместно нажитого имущества – для этого взыскатель подает иск о принудительном разделе такового имущества. В отдельных случаях взыскание могут наложить и на все совместно нажитое имущество, а не на только его часть, фактически принадлежащую самому ИП.

Записи созданы 8837

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх